Музейное чудовище, или Я - не ведьма! - Полина Миронова Страница 32

— Бабуль, а они специально затеяли ремонт и яму эту огромную рыли? Чтобы амулет похитить? — спросила я.

Она хмыкнула:

— Возможно. Но я думаю, что им не только амулет нужен был. Там же у них целая банда у них. Каждый мечтал вытащить из подвала что-то свое. Ты даже не представляешь, какие сокровища в музейных подвалах хранятся! — Она вздохнула, и ее глаза заволокла мечтательная дымка. — Хотелось бы и мне туда попасть, гримуары старинные посмотреть… — Она вздохнула. — К счастью, или к сожалению, хранятся они очень надежно. Даже Тамара Витальевна не смогла запустить туда свои жадные лапы.

А при входе в академию нас встретила все та же скрипучая калитка. И тот же старческий голос тут же язвительно поприветствовал:

— Ну, привет, заблудшая овечка! Пришла всех нас поубивать?

Она противно захихикала. Я вздрогнула, а бабушка достала из сумочки какую-торезную деревяшку и звонко стукнула по железному столбу.

— Гляди, как нечисть распоясалась! — рыкнула она. — Призрак вселился, первокурсников пугает, а никому и дела нет! Безобразие! Этой Анфиске только бы чаи пить да с котом своим шляться!

Она отворила замолчавшую калитку и пропустила меня вперед. Мы направились к главному корпусу — мрачному готическому зданию, по стенам которого замерли каменные горгульи.

— Они что, живые? — прошептала я, заметив, что страшная фигура немного сдвинулась.

Я это еще в первый раз разглядела. По спине пополз легкий холодок страха.

— Конечно, живые! — цокнула бабуля языком. — Им еще лет двести тут стоять в наказание за их проделки.

Больше она ничего рассказывать не успела, потому что мы уже зашли внутрь.

Фойе поразило воображение: огромное пространство, выложенное старинными стертыми плитами с незнакомыми затертыми рисунками, массивные колонны с замысловатой резьбой, арочные окна с витражами, которые отбрасывали на пол разноцветные блики.

— Чего рот раскрыла? Пошли, давай! Налюбуешься еще на местные красоты, — бабушка толкнула меня в спину, и мы стали подниматься на второй этаж.

Там было так же просторно. В нескольких кабинетах уже вовсю работала приемная комиссия. Бабушка подтолкнула меня к ближайшему, где сидела самая приветливая на вид девушка. Такая же как я рыжеволосая, курносая, с обаятельными веснушками. Она улыбнулась и протянула мне небольшую палочку, кивнув на свечу в углу:

— Зажигайте! Только постарайтесь, чтобы пламя было в высоту два-три сантиметра. Не больше.

Я послушно кивнула, сжала палочку и махнула ею. Ничего. Горло сжало от подступающих слез. Какая же я никчемная! Голубя убила, а свечку зажечь не могу.

Но девушка не расстроилась. Она еще шире улыбнулась, сжала мою руку и прошептала ободряюще:

— Не волнуйтесь! Все будет хорошо. Можете зажечь и поменьше огонек. Даже если он будет крохотным, все равно засчитается.

Она хитро подмигнула.

Я закрыла глаза, пытаясь расслабиться. Если я все равно поступлю, то да, можно и отпустить все это напряжение. Бабушка же там договаривалась…

И тут меня вдруг обуял дикий гнев. Почему за меня все решают? Почему это они, а не я?! Я могу и сама поступить, без игры в поддавки!

Я сжала палочку так, что костяшки побелели, и, не открывая глаз,резко махнула в сторону свечи.

— Мать моя женщина! — крикнула бабушка.

Девушка громко вскрикнула от неожиданности. Я резко открыла глаза и тоже едва не заорала. Вся свеча превратилась в огромный, ядовито-зеленый факел, который чуть не поджег потолок.