Воин Арете - Джин Родман Вулф Страница 33

И тут Эгесистрат вдруг спросил меня, помню ли я, кто он такой. Я ответил, что его зовут Эгесистрат и что он прорицатель. Он спросил, могу ли я бегать так же быстро, как он; когда я заявил, что могу, он снова спросил, могу ли я бегать быстрее, чем он, и я сказал, что могу. Тогда он спросил, помню ли я кибернета и сможет ли он, Эгесистрат, обогнать его. Я ответил, что не сможет, и он спросил, почему я так думаю.

— Ты и сам должен знать, – ответил я.

— Конечно, я знаю. Но хочу выяснить, знаешь ли ты.

— Да ведь ты хромой! Тебя ранили спартанцы – так, во всяком случае, ты мне говорил.

Почему-то Ио очень удивилась этим моим словам. Странно.

— А куда меня ранили? – продолжал расспрашивать Эгесистрат.

— В бедро.

Он кивнул.

— А как тебе нравятся мои новые зимние сапоги? Как ты думаешь, в них удобно бегать? Оба ли они для этого хороши?

Я взглянул на его сапоги и заверил его, что они превосходные (так оно и было на самом деле).

— Впрочем, как и любая обувь, они больше годятся для ходьбы, чем для бега, – заметил я. – Быстрее всего человек бегает босиком.

— Хорошо сказано, – заявил Эгесистрат. – А теперь скажи, Латро, ты все еще видишь мальчика, с которым только что разговаривал?

Элата подмигнула мне и указала, куда нужно смотреть. Но в ее подсказке не было никакой необходимости. Я по-прежнему хорошо видел этого мальчика, о чем и сказал Эгесистрату.

— Спроси у него, как поживает Эобаз.

Не имею понятия, откуда мальчику могло быть известно о каком-то Эобазе и почему Эгесистрат считает, что ему это известно (разве что кто-то утром на рынке ему сказал?). Я окликнул мальчика:

— Эй! Подойди-ка поближе к костру! Что ты можешь сказать нам о спартанце Эобазе, изготовившем канаты для моста, построенного Великим царем? – Я помнил, кто такой Эобаз, потому что прорицатель говорил о нем с нашим капитаном совсем недавно, в харчевне.

— Эобаз – не спартанец, – отвечал мальчик. – Он мидиец.

— Значит, ты его знаешь?

Он пожал плечами и повторил:

— Он мидиец. Мы мидийцам не доверяем, они не нашего племени.

— Ты должен повторять все, что скажет мальчик, – велел мне Эгесистрат.

Я повторил. Эгесистрат сказал:

— А теперь спроси его, где Эобаз сейчас.

Повторять его вопрос не было необходимости – мальчик прекрасно все слышал. Он на мгновение прикрыл глаза и промолвил:

— Эобаз на коне.

— Он едет верхом, – сообщил я Эгесистрату.

Прорицатель потер щеку и спросил:

— Один?

— Нет, – отвечал мальчик, обращаясь ко мне. – С ним много людей. Высокие воины с копьями. Безволосый и очень сильный человек держит веревку, завязанную петлей у Эобаза на шее.

Понимая, что Эгесистрат мальчика не слышит, я повторил все это.

— Руки у него связаны?

Мальчик кивнул:

— Связаны, и конец веревки привязан к подпруге его коня.

— Латро! – раздался вдруг чей-то голос.

Удивленный, я оглянулся и увидел капитана Гиперида, который только что подошел к нам. Он помахал мне рукой, и я помахал ему в ответ. Тут мне в лицо вдруг пахнуло дымом, я закашлялся и вынужден был отойти от костра.

Эгесистрат тоже поздоровался с Гиперидом. Не знаю уж, куда при этом делся мальчик, я его больше не видел. Гиперид спросил, как прошло жертвоприношение и благоприятными ли были указания богов.

— Весьма благоприятными, – отвечал Эгесистрат. – Но при условии, что мы последуем совету Итиса.