Песнь Первого клинка - T. C. Эйдж Страница 333

— Уверен, лорд Тайнар с радостью выслушает твои советы, – сказал Веррин. – Сейчас мы должны держаться вместе, Амрон. Нужно оставить старые обиды в прошлом, когда перед нами общий враг.

«Кто же этот враг, брат? – подумал Амрон. – Орден Теней, который подослал убийцу, чтобы тот расправился с моим сыном? Или сам убийца, который считает себя моим сыном? Кто истинный враг? Кто устроил все это? Может, сам лорд Тайнар как-то в этом замешан? Потому что я бы ни на секунду в этом не усомнился. А ты? – Амрон смерил брата отстраненным взглядом. – Что насчет тебя, брат?»

Веррин на него не смотрел. Погрузившись в мрачные мысли, он глядел на город из-под отяжелевших век.

— Надо было отправить ворона пораньше, – тихо произнес он, глядя на тень амфитеатра на фоне заснеженного неба. – Тогда мы бы узнали, кто такой Ладлэм. Если бы я это сделал, я мог бы все предотвратить. – Он горько вздохнул. – Это моя вина. И я никогда не смогу себя простить.

Амрон посмотрел на него.

«А вдруг он говорит правду? Он выглядит таким искренним, он так скорбел все эти дни… Я молюсь Павшим, чтобы это было так, я правда молюсь, брат».

— Не говори так, Веррин, – сказал Амрон.

Веррин отодвинулся от края и отвернулся, допивая вино.

— Из-за меня погиб твой сын, Амрон. Как мне теперь с этим жить?

Амрон вздохнул и покачал головой.

— Тебя ввели в заблуждение, как и всех нас. Не взваливай всю вину на себя одного. Если ты непричастен к этому обману, то ты не виноват.

На лбу Веррина проявились глубокие морщины.

— Ты думаешь, я имею какое-то отношение к смерти Алерона?

Амрон посмотрел брату в глаза, но не увидел в них ничего обличающего.

— Есть некоторые совпадения, которые сложно не заметить, – признался он.

— Совпадения? Ты имеешь в виду, что я стану Первым клинком?

«Кроме всего прочего», – подумал Амрон, скептически наблюдая за братом.

— Хорошо, – сказал Веррин. – Я не возьму Меч Варинара. Пусть он достанется Риккарду, Киллиану или Элиону. Мне все равно. Я делаю это по приказу короля, а не по своей воле. Я никогда не собирался становиться твоим преемником.

Он поднес кубок к губам, но тут же обнаружил, что уже осушил его.

— Вина! – крикнул он, и на балкон тут же выбежал слуга с кувшином. Он потянулся к кубку Веррина, но тот выхватил кувшин. – Оставь нас. Уходи!

Слуга поспешно удалился обратно в зал, где становилось все шумнее.

«Громче, пойте громче, – подумал Амрон. – Чтобы он услышал…»

Сегодня день вознесения Алерона к столу Варина, это должен быть праздник. Должно быть шумно и весело, должны литься песни и звучать истории, чтобы он услышал их и чтобы там, наверху, в большом зале, старые рыцари встретили его радушно и затянули собственные баллады.

Веррин наполнил кубок и сразу отпил.

— Совпадения, – хмуро пробормотал он. – Поэтому ты избегал меня все эти дни? Подозревал меня в предательстве? Ты ранил меня, брат. В самое сердце. Разве не очевидно, что за всем этим стоит принц Хадрин? Здесь нет никакого заговора, это простая месть. Слишком многое указывает на него. Я полагал, что ты первым его обвинишь.

Он снова приложился к кубку.

— Я достану его голову, – распалялся Веррин, его слова постепенно начинали путаться и расползаться. – Достану и принесу ее тебе! Насадим ее на пику и будем использовать как мишень для стрельбы. Или лучше! Я притащу его сюда живым, чтобы ты сам занес над ним меч. Он заслуживает публичной казни! Заслуживает быть униженным, заслуживает пыток, заслуживает позора.