Древо Миров братьев Камковых. Том 1. Пробуждение - Денис Камков,Александр Камков Страница 34

Полковник Вирэн был командиром над всеми десятью Сотниками нашего полка. Был он мужчиной некогда богатырского сложения, но сейчас уже, работа его стала больше административной и некогда могучие плечи и живот, обросли жирком, который к чести полковник, он пытался скрыть под своим, богато украшенным, зауженным к низу камзолом. Но иногда его брюшко так и норовило наплыть поверх поясного ремня, на котором с одной стороны была снаряжена шпага с эфесом, нескромно отделанным драгоценными камнями, а с другой стороны, был кинжал, он как раз, был вполне себе боевым. Лицо его, как обычно в последние годы, было красным, видимо от кровяного давления. Ярким пятном на нём выделялись только лихо закрученные по последней столичной моде вверх, усы, цвета свежей соломы.

— Так Стэн, поступаешь в распоряжение господина Стефана. Задача – охрана как его лично, так и его семьи, а так же сопровождение вне замковой территории. В награду за своё спасение, господин Стефан, попросил, чтобы именно твой десяток назначили на патрулирование королевской библиотеки.

Полковник посмотрел на меня одобрительно и продолжил:

— Форма одежды парадная, оружие боевое, приступай!

Тогда я ещё не понимал до конца, каким благом и синекурой обернётся для меня это назначение. В знак понимания приказа, я отсалютовал полковнику, и вышел из его кабинета. Именно за эти три года службы, благодаря возникшей симпатии ко мне господина Стефана, и моей природной любознательности, я получил доступ в большую королевскую библиотеку, а позже и в малую секретную библиотеку его Величества, расположенную в цитадели. Там я прочёл множество книг, часть из которых тогда не была до конца понятной, для моего скромного разумения.

Грустная эта история оказалась потому, что неожиданно, впрочем, как это и бывает обычно, началась очередная свара, между не поделивших что-то между собой баронов. Король Вернон Мудрый, направил туда свою гвардию, для обеспечения порядка в стране, а также для взыскания давно не получаемых от этих баронств налогов.

Но были и другие воспоминания, как будто мои и не мои одновременно. Одно из них накатывало во время моей лихорадки наиболее часто:

«… Я чувствовал тошнотворно – приторный, железный запах крови. Мой чёрных доспех, латные перчатки и булава были в крови убитых мной существ. В другой руке я держу вычурно украшенный чёрный шлем. Мои светлые волосы и лицо обдувает ветер, несущий в себе эти запахи. Почему-то мне кажется, что волосы мои чуть длиннее, чем я привык к ним.

Повсюду множество мёртвых тел, их мёртвые лица искажены страхом или ненавистью. Это странно, но меня это совсем не беспокоит, я чувствую в себе только лёгкую приятную усталость и задор, который, тем не менее, не мешает мне с абсолютной точностью знать и понимать ход идущей битвы, мои и вражеские резервы, просчитывать манёвры моих противников и свои контрмеры. Оглядывая поле битвы, я понимаю, что не вижу его края. Солнце этого мира уже трижды всходило и падало за горизонт. Горы трупов лежали в низинах и на холмах, тела многих были изломаны или утыканы стрелами.

Исход битвы ещё не был решён. Здесь сошлись огромные армии. Свет и тьма, так бывает, когда солнечное затмение не полное, диск луны только наполовину закрывает светило. Стяги, броня, лица армий моих врагов, скрадываются расстоянием, но они различны. Сейчас я перестал быть воином и снова должен стать стратегом.