Чудовища на Полынной улице - Ольга Болдырева,Анна Сешт,Татьяна Ван,Ксения Левонесова,Анна Кавалли,Олег Крамер,Софа Вернер,Виктория В. Павлова,Мария Воробьи,Екатерина Стрингель Страница 34

Первое, о чем я подумал, оказавшись на его территории, так это о палочках сиамси, а не о легендарной позолоченной скульптуре мудреца. «Интересно, они изменили свое мнение по поводу моего будущего?»

За последний год моя жизнь стала проще. Спроси меня, когда я травмировался, и вовсе не вспомнил бы. Со мной почти перестали происходить курьезные случаи. Да даже поездка на фестиваль – счастливый билет.

Сердце гулко застучало, руки покрылись легкой испариной. Облизнув губы, я решил: ничего страшного не произойдет, если я еще раз погадаю. Тем более предчувствовал хороший исход. Или даже не предчувствовал, а знал, что все будет хорошо. Мои труды не могли пропасть даром! Не могло выйти, что «пытки» кипятком и подвязку рук духи не заметили.

Я шел к храмовому комплексу, не задерживая на нем взгляд. Сейчас мне было все равно, какие мифические существа его охраняли и сколько уровней у крыши. То, из-за чего трепетало сердце два года назад, утратило значимость. Я нуждался только в палочках. И уже не шел, а бежал к ним.

Отыскать стаканчики не составило труда. Схватив один, я сел на пол и глубоко вздохнул, пытаясь выровнять сбившееся дыхание и успокоить сердце. Руки дрожали, вокруг шумели туристы. Их грубая непонятная речь сбивала с мыслей.

— Пожалуйста, – прошептал я, закрыл глаза и начал трясти стаканчик, думая о будущем.

Щелк-щелк-щелк. Мысли наконец успокоились, и я остался один на один с собой. Казалось, жаждущие зрелищ люди испарились, забрав с собой несусветный и раздражающий гвалт. Я не слышал ничего, кроме палочек, ударявшихся друг об дружку, и своего все еще учащенного сердцебиения.

Щелк-щелк-щелк.

Щелк-щелк-щелк.

Щелк-щелк-щелк.

Когда одна из палочек выпала, я замер, словно кто-то нажал на невидимую кнопку и выключил меня, как игрушку.

«Не бойся, все хорошо». Внутренний голос звучал мягко и успокаивающе, будто принадлежал не мне, а человеку, сотканному из нитей тепла и доброты.

Я медленно открыл глаза и взял в руки палочку. Номер двадцать шесть. «Что-то знакомое», – подумал я и пошел к шкафчику с расшифровками. Найдя нужный листочек, помедлил, не стал сразу читать. Снова вдохнул, выдохнул. И только после опустил взгляд.

«Удача недосягаема».

Глава 5

Я бежал в парк, не различая дороги. Голова гудела и кружилась, ноги налились свинцом, а горло царапало.

— Эй, будь осторожнее! – кричали мне вслед люди, которых я чуть ли не сметал со своего пути.

Оказавшись в одиночестве в глубине парка, я упал на колени и зарыдал. Сил сдерживаться больше не было. Все мое нутро содрогалось от муки, сравнимой разве что с пыткой раскаленной киркой.

— За что?! За что?! За что?!

Я бил кулаками по земле яростно и беспощадно. Мне хотелось похоронить в ней всю свою боль, все свои глупые надежды и изначально мертвые мечты.

Одну из рук засаднило, и кое-где выступила кровь. Я даже не заметил, как напоролся на стекло, зарытое в землю.

— За что…

Физическая боль на миг притупила душевную, и я перестал кричать и плакать. Наверное, в этот момент я напоминал ребенка, который резко смолк после неистовой истерики. Прижав руку к груди, я сел и тихо всхлипнул.

Меня окружали деревья. Разные. Высаженные много веков назад и совсем молоденькие. Высокие и низкие. С пышной листвой и редкой растительностью.