Эти чудовищные боги - Розамунд Ходж Страница 34

— Неужели мне придется смотреть на это тошнотворное зрелище весь день? – Рувен фыркает, и во мне вспыхивает гнев.

«Если ты не хочешь, чтобы тебя вырвало, – мысленно обращаюсь к нему я. – Тебе не следует преследовать меня».

А затем я обращаюсь к Араунну:

— Ты поцелуешь меня?

— Что? – переспрашивает он.

Мое сердце подскакивает прямо к горлу, но я не могу отступить, особенно сейчас, когда на нас смотрит Рувен.

— Мне всегда хотелось узнать, каково это, – говорю я. – К тому же мы собираемся пожениться… То есть в наши дни девушкам разрешается целовать их суженых, а в ваши что, нет?

— Ты серьезно? – резко спрашивает Рувен.

— В мое время тоже, – смеется Араунн. – Тем более ты заслуживаешь поцелуя.

Он наклоняется вперед, мы нечаянно сталкиваемся носами, и я чувствую его дыхание у своего рта. Затем его губы находят мои и…

Ничего.

Ни блаженства, ни желания. Просто легкое давление на мои губы. Теплое и мягкое. Ничего похожего на то, что я представляла себе, виновато желая, чтобы Нин Анна позволяла своим монахиням испытывать те же наслаждения, что и Джуни-Акха и Зумариэл.

Я издаю тихий смущенный звук, и, похоже, Араунн воспринимает это как поощрение. Он запускает руки в мои волосы и целует меня глубже. Его прикосновение это вовсе не то блаженство, которое я привыкла себе представлять, но внезапно я ощущаю дрожь в своем животе. Никто никогда ко мне так не прикасался, и возбуждение, словно вино, бьет меня в голову.

Неуклюже и нетерпеливо я отвечаю на его поцелуй, чувствуя, как мое сердце бьется все быстрее и быстрее. Но внезапно Араунн разрывает поцелуй, и, отходя от него на пару шагов, я пытаюсь восстановить свое дыхание и равновесие.

— Ну что? – ухмыляется он. – Все было так, как ты надеялась?

Если бы эти слова произнес кто-то другой, они могли прозвучать как насмешка, но улыбка Араунна приглашает меня принять участие в шутке, будто мы двое детей, которые были вынуждены поцеловать друг друга и обнаружили, что им это нравится.

Поэтому я улыбаюсь ему в ответ.

— Это хорошее начало.

— Мне нужно вернуться и поговорить с мамой, – говорит он. – Увидимся позже?

— Конечно, – отвечаю я, и мне нравится слышать его мягкий смех, когда он покидает поляну.

Затем я, наконец, оглядываюсь на Рувена. Он все еще стоит позади меня и кажется одновременно скучающим и возмущенным.

— Пожалуйста, упокой меня до твоей брачной ночи, – говорит он.

— Ничто не доставит мне большего удовольствия, – огрызаюсь я, и его гримаса превращается в нечто похожее на улыбку.

— Даже поцелуй твоего принца? Боже, каким скучным будет ваше брачное ложе.

На меня снова обрушивается реальность моего будущего. Я собираюсь выйти замуж за Араунна. Разумеется, у нас будет брачная ночь, а Рувен будет стоять над нашей кроватью и ухмыляться.

Если только я не найду способ его упокоить.

9

Мне мало что известно о призраках, кроме того что они существуют.

Призраками становятся люди, которые при жизни не угодили ни одному из богов и теперь вместо того, чтобы попасть в царство какого-нибудь бога после смерти, проводят вечность в скитаниях по темной бесплотной земле теней. Некоторые из этих заблудших душ возвращаются в мир живых, чтобы преследовать людей.

Однажды, когда я призналась матушке Уне в том, что молюсь, чтобы моя семья навестила меня, она объяснила мне, что возвращаются только те, кого бросили боги, и я должна молиться о том, что больше никогда не увидеть свою семью.