Воин тумана - Джин Родман Вулф Страница 38

И вот я жду его; и, пока ждал, успел все записать в свой дневник. Солнце село, вскоре погаснет и его последний луч. Уже встает луна, и, если этот Оиор не придет в ближайшее время, я спущусь к костру и лягу спать.

Глава X. При свете ущербной луны

Я пишу, сидя у костра. Когда посмотришь вокруг, кажется, весь мир спит, бодрствуем лишь я и чернокожий. Он бродит по берегу, глядя на море, точно высматривает в ночи чей-то парус.

И все же я знаю: многие в лагере не спят. Один зашевелится беспокойно, другой сядет, посмотрит-посмотрит и снова ляжет. В деревьях и среди скал вздыхает ветер, и вздыхает еще кто-то неведомый.

Я спросил Гиперида, будем ли мы утром хоронить мертвых, но он сказал, что здесь мы их хоронить не будем и постараемся поскорее добраться до города, чтобы похоронить их там, среди близких – если они у этих мертвых есть.

Итак, начну с ужина. Ио принесла мне еды и вина, хоть я уже успел поесть до ее прихода, и мы с ней разделили вторую порцию, удобно устроившись под высокой скалой и прислонившись к ней спинами. Над морем вставала луна, на берегу горели костры из плавника да темнели вытащенные из воды корабли.

Гиперид действительно кормил команду отлично, так что никто даже не заметил, что я уже съел свою порцию. Ио выдали ужин для нас обоих, и я еще разок поел, а Ио переложила все, чего не хотела сама, на мой подносик, так что, когда я осушил свою чашу, промокнул пальцы кусочком хлеба и опустил подносик на землю, еды на нем оставалось еще порядочно.

— Можно и мне взять немного? – спросил кто-то, и я оглянулся.

То, что я принял за камень на вершине скалы, оказалось головой женщины.

Поняв, что ее заметили, она спустилась оттуда и подошла к нам. Тело ее было обнажено, однако, хоть она была уже и не первой молодости (насколько я мог судить при слабом свете ущербной луны), все же двигалась грациозно и отличалась дивной красотой. Грива ее черных волос была необычайно густой и буйной.

Когда она подошла ближе, я решил, что это, должно быть, последовательница какого-то тайного культа, ибо, несмотря на отсутствие одежды, она повязала вкруг бедер – точно поясок стыдливости – змеиную шкуру.

— Возьми, пожалуйста, – сказал я и протянул ей подносик. – Можешь съесть все, если хочешь.

Она молча улыбнулась и покачала головой.

— Господин! – испуганно вскрикнула Ио и вскочила, глядя на меня во все глаза. Я спросил, в чем дело. – Но там же никого нет! С кем ты говоришь?

Незнакомая женщина шепнула мне:

— Может, отдашь мне свою рабыню? Коснись ее – и она моя. Коснись меня – и я стану принадлежать ей, – говоря это, она почти не двигала губами. А произнося слова «я стану принадлежать ей», отвернулась и стала смотреть на луну.

— Господин мой, неужели здесь есть кто-то еще? Кто же? Я никого не вижу! – беспокоилась Ио.

— Какая-то женщина, – ответил я. – У нее черные волосы и что-то вроде пояска из змеиной шкурки.

— Она похожа на того человека, что играл на свирели?

Я такого человека не помнил и лишь головой покачал.

— Пойдем к огню, – жалобно попросила Ио и потянула меня за руку.

Женщина шепнула мне:

— Не бойся. Я не причиню тебе зла. Я пришла, чтобы кое-чему научить тебя, предостеречь…

— И девочку не тронешь?

— Девочка принадлежит тебе. Но могла бы стать моей. Что в этом плохого?