Владычица Авалона - Мэрион Зиммер Брэдли Страница 39

— На шестом острове живет буйный бог холмов, которого римляне называют Паном. Он приносит безумие или восторг; таков же и плод лозы, посаженной здесь, у нас, из которого получается хмельное вино.

— Седьмой остров – это высокий холм, – снова заговорил Амбиос, – сторожевая башня и врата Авалона. Там стоит деревня Водомерки, и его соплеменники всегда перевозили на лодках жрецов с Тора.

— Отличный ответ! – похвалила Кейлин. – Скоро ты принесешь жреческие обеты: кому, как не тебе, подобает знать и помнить, что жрецы-друиды отнюдь не первыми искали мудрости на здешнем Торе.

Она строго посмотрела на Амбиоса, а потом и на Гавена; тот ответил ей ясным, незамутненным взглядом. До посвящения Гавену оставалось еще два года; считалось само собою разумеющимся, что именно такую судьбу он и выберет – и мальчика это ужасно раздражало. Он неуклонно совершенствовался в игре на арфе – да он и сейчас играл уже достаточно хорошо, чтобы его приняли на службу в любой дом бриттской знати – где ныне присягали на верность Риму, но по-прежнему соблюдали древние обычаи. Или он мог бы отправиться к своему деду – ну, тому, второму! – и заявить о своем римском происхождении. Гавен в жизни не бывал в римских городах. Говорят, там шумно и грязно. Ходили слухи, что после стольких лет мира северные племена вновь готовы восстать. Но в такие дни, как сегодня, когда мальчик чувствовал, будто задыхается в дремотной безмятежности Авалона, даже война казалась ему чем-то многообещающим.

— Стеклянный остров, остров Бригантии, остров Крыльев, Болотный остров, остров Дуба, остров Пана и Сторожевой холм. У других народов они называются иначе, но такова их суть, как учили нас мудрые, явившиеся из-за моря от Затонувших земель. А почему именно эти острова почитаются священными, если, как вы сами видите, они отнюдь не самые высокие и не так впечатляют взгляд?

Ученики недоуменно глядели на Верховную жрицу – и молчали. Никому прежде и в голову не приходило задаться этим вопросом.

Кейлин открыла было рот, собираясь продолжить, но тут из-под дерева донесся голос Шианны:

— А я знаю…

Кейлин изогнула брови, но Шианна словно бы не сознавала, что вторгается в древние таинства. Впрочем, скорее всего, для нее все это было не таинствами, но повседневностью. Девочка подошла к кромке воды.

— На самом деле все очень просто, если знать, куда смотреть. – Шианна подобрала треугольный камень и воткнула его стоймя в мягкую почву. – Вот это – Инис Витрин, а вот это, – она взяла округлый камешек поменьше и пристроила его рядом с первым, – вот это – остров Богини. Вот – остров Крыльев и остров Дуба, – она поместила маленький камешек и камешек побольше чуть подальше друг от друга, чтобы вместе с первыми двумя они образовали скошенный прямоугольник, – а вот остров Пана и Болотный остров, – она положила рядом маленький камешек и еще один, заостренный, на некотором расстоянии левее и выше острова Крыльев, – и вот Врата, – еще левее она поставила крупный камень.

Позабыв про Кейлин, юноши и девушки обступили Шианну тесным кольцом. Гавен был готов согласиться, что сверху все это походило на очертания некоей земли, да только какой?

— Как, вы не видите? – Шианна нахмурилась. – Вспомните, как ночами старый Рис заставлял вас смотреть на звезды. «Ага, девушки с одной стороны холма, и юноши с другой», – вспомнил Гавен, усмехаясь про себя.