Призрачная кровь - Елена Шатилова Страница 4

— … Это какая-то ошибка! Целитель не может быть носителем чёрной крови! Факт, доказанный многолетними исследованиями! — тихий, но настойчивый голос куратора. — Давайте я схожу за другим артефактом.

— Он исправен, Александр Фёдорович. Устойчивый отклик и уровень силы тот же. У меня сложилось впечатление, что один дар заменил другой. Без понятия как такое возможно… — взволнованный голос декана.

— Надо провести исследование. Нужно выяснить, как такое могло произойти? У нас же есть несколько дней? — Александр Фёдорович был настойчив.

— Понимаю ваши чувства, но мы не имеем права… трогать девочку. Если мои подозрения подтвердятся, её не получится оставить у нас. Я должен доложить… Все целители находятся под юрисдикцией государства. Её утаивание обернётся уголовным наказанием. Вы без меня об этом прекрасно знаете…

Я театрально громко вздохнула. Вреда мне не собираются причинять, пока, по крайней мере. Сильно хотелось встать и уйти отсюда. На меня давили больничные стены!

— Анастасия Павловна, как вы себя чувствуете? — обратился ко мне куратор.

— Хорошо, — ой как долго я буду привыкать к этому писку вместо голоса. Очень хочется проснуться, но кажется всё вокруг настоящее. Не бывает столь реалистичных снов. Я села, посмотрев на место, где раньше лежал труп и, состроив испуганное лицо, посмотрела на мужчин.

— Я его не убивала! — плаксиво скуксила губы.

— Вас никто не обвиняет. Это просто несчастный случай. Анна проводит вас в комнаты, где вы сможете отдохнуть. На занятия сегодня не пойдёте.

Кивнув, я свесила ноги с кровати, нащупала пальцами обувь. Привычным движением надела её, всё-таки бывшая хозяйка ушла не полностью, хорошо это или плохо, буду решать после.

В дверях появилась Анна, с прежним испуганным лицом. Как же я выгляжу, что они смотрят на меня с ужасом? Пока шла за медсестрой, пыталась понять, куда я попала.

Во-первых, ко мне обращаются по имени-отчеству. Не заметно, что я пользуюсь повышенным уважением в этом учреждении, значит, так принято. Здесь действуют чёткие классовые разграничения. Я принадлежу к высшему сословию, и графиня в этом мире непустое место, наверное.

Обрадовало меня это открытие? Отнюдь! Скорей запутало. Я очнулась не дома, в перинах и кружевном чепчике, а пристёгнутая к кровати. Судя по воспоминаниям бывшей хозяйки моего тела, у меня забирали кровь не единожды, то есть на постоянной основе, долгие годы. И всегда пристёгивали к кровати, объясняя это безопасностью. Но об этом потом…

Во-вторых. Я нахожусь в высшем учебном заведении, что вносит ещё большую сумятицу в попытку сделать хоть какие-то выводы.

Навстречу нам двигалась группа людей, а вернее девушек со строгими причёсками и в таких же безликих серых длинных платьях, как у меня. Глаза смотрят в пол, руки перед собой. Напрашивалась ассоциация с овечками, идущими на заклание. Судя по направлению, их вели туда же, откуда идём мы.

Одна из девушек подняла глаза на меня и внезапно встала как вкопанная. Глаза выпученные, руки резко зажали рот, из которого вырвался тихий крик.

Да что у меня с лицом? Поскорей бы зеркало найти.

— Я не пойду туда! — девушка начала пятиться и уже развернулась, собираясь убежать. Её перехватил за локоть один из сопровождавших группу мужчин. Девушка тут же затихла. Её лицо стало спокойным как у умалишённой, сидящей на сильных препаратах. Я видела таких в архивных записях.