Воин тумана - Джин Родман Вулф Страница 40

— Я слушаю.

— Ну так жди, пока пройдет он. А потом можешь сам идти без опаски. – Она помолчала, облизнула губы и, склонив голову набок, прислушалась.

Я тоже прислушался: вдали со стуком осыпались под чьими-то ногами камешки.

— Ну вот, уже кто-то идет, – сказала она. – Я бы попросила его у тебя, но тогда умереть пришлось бы тебе самому. Заметь, как дружески я предупреждаю тебя! Как я милосердна и справедлива!

— Я вижу.

— Так не забывай об этом и о моем предостережении. Да, вот еще что.

Она быстро подошла к той скале, за которой пряталась, на мгновение исчезла, нагнувшись к самой земле, и тут же вновь оказалась рядом со мною. Какой-то предмет с металлическим звоном упал к моим ногам.

— Здешние женщины любят класть под колыбель младенца нож, – сказала она, – считая, что таким образом отпугивают нас, хотя на самом деле это совсем не так. Во всяком случае, действует далеко не всегда. Правда, мы действительно не любим ни железа, ни стали. – Она снова нагнулась и вытерла руки о землю. – А почему – узнаешь позже.

Я подобрал брошенный ею предмет. То была цепь с кандалами.

— И впредь не позволяй своей девчонке бросать в мой дом всякую дрянь! – сказала она.

Мужской голос, грубый и низкий, окликнул меня: «Латро!» – и я посмотрел в ту сторону, а когда обернулся, женщина уже исчезла. На скале по-прежнему лежал камень, похожий на ее голову. Я подошел и поднял его. То был самый обыкновенный камень, и я отшвырнул его прочь.

— Эй, Латро! – снова крикнул тот человек.

— Я здесь, – откликнулся я и вскоре увидел высокую шапку из лисьего меха.

— Хорошо, что ты меня дождался, – сказал лучник, подходя. – Ты действительно настоящий друг.

— Да, – сказал я. – Только давай лучше пойдем поскорее к огню, Оиор. – Я не доверял ни той женщине, ни ее предостережениям и боялся за девочку.

— Нет, прежде поговорим. – Лучник помолчал, поскреб подбородок. – Друзья должны доверять друг другу.

— Это так.

— Я же говорил тебе, что не знаю здешних богов.

Я кивнул; видно было хорошо, почти как днем: луна светила ярко.

— А ты не знаешь богов моей страны, – продолжал Оиор. – И должен верить тому, что я о них рассказываю. Друг скажет другу только правду.

— Я поверю всему, что бы ты ни рассказал, Оиор, – сказал я. – Я только что видел нечто столь странное, что ты вряд ли сумеешь придумать лучше.

Он сел на землю почти там же, где только что сидела та женщина.

— Поешь со мной, Латро.

Я сел по другую сторону подноса.

— Я уже сыт.

— И я тоже, однако у нас в стране принято, чтобы друзья делили хлеб насущный. – Он разломил кусок хлеба и дал мне половину.

— Здесь тоже так делают.

Я съел свою половину, а он – свою.

— Когда-то нашей землей правили дети Киммера[67], – начал Оиор. – То был могущественный народ. Их владения раскинулись от Истра до Моря-Острова[68]. И больше всего сильны они были в магии, принося своих сыновей и внуков в жертву триединой богине Артимпасе[69]. В конце концов они убили даже сына своего царя, верного последователя богини Апии[70]. А ведь это она – Великая Мать, породившая и людей, и всяческих чудищ, и все же кровь юного царевича дымилась на алтаре Артимпасы.

Но царю как-то удалось узнать об этом, и он простер руки к небесам и воскликнул: «Смерть тому жрецу, кто еще хоть раз осмелится принести в жертву киммерийца!» Он послал свое войско, потребовав истребить всех колдунов, чтобы ни один в живых не остался.