Сияние вечного пламени - Пенн Коул Страница 41

Я потянулась к бедру за кинжалом. Черный колючий побег хлестнул меня по ладони, так что кинжал вылетел и укатился туда, где я не могла его достать.

— Никакого оружия. Только магия.

— Я же говорила, у меня нет…

Ко мне метнулось облако ярко сияющей дроби. Взвизгнув, я упала на колени в тот самый момент, когда раскаленные светящиеся точки пронеслись у меня над головой.

— Хватит притворяться. Встань и защищайся!

— Я не притворяюсь, я… Проклятье!

Я повернулась на бок за долю секунды до того, как топор из тени рассек место, где я сидела, оставив в полу зазубренную брешь.

— Как много лжи! – Лютер зацокал языком. – Теперь ты станешь утверждать, что не целовала меня.

— Я и не целовала! – огрызнулась я. – Это ты меня поцеловал. Я стала невинной наблюдательницей.

— Ничего невинного в том поцелуе не было. Ни с твоей стороны, ни с моей. – Лютер облизнул губы, и у меня забурлила кровь. – Если тебе требуются доказательства, у меня на коже до сих пор остались кровавые следы твоих рук.

«Уничтожь!»

Я рванула за своим упавшим кинжалом и швырнула его Лютеру в грудь. Принц вздохнул, от его легкого кистевого движения вокруг него появилась стена голубого света, от которой кинжал отскочил, не причинив ему вреда.

— Это ниже твоего достоинства, – прошептал Лютер, закатив глаза.

Он закатил свои гребаные глаза!

«Уничтожь! Уничтожь!»

Я поднялась на ноги и заскрипела зубами, едва не стирая их в порошок:

— Надоело мне с тобой разговаривать! – Я пошла было мимо, но взрыв мерцающих искр заставил меня вскрикнуть и дернуться обратно.

— Используй магическую силу. Я чувствую ее в тебе, чувствую, как она нарастает. Свет жжет, тьма жалит – зови их, преврати их в нужное тебе оружие.

— Не могу.

— Я не остановлюсь, пока ты это не сделаешь.

«Уничтожь! Уничтожь! Уничтожь!»

— Я не могу контролировать эту силу, – выпалила я, выдавая свое отчаяние, но в глазах Лютера не было сострадания.

— Старайся больше, Дием. Сосредоточься.

— Отвали! – прохрипела я, а грудь у меня едва не лопалась от попыток сдержаться.

— Тогда объясни, почему ты так злишься.

Красная дымка застлала мне глаза.

Нет, кровь.

Кровь невинных.

— Объясни! – рявкнул Лютер.

«Борись!»

«Убей!»

«Уничтожь!»

— Ты убил их! – крикнула я. – Это ты убил всех тех детей.

— Каких детей?

— Детей-полукровок, ты, ублюдок безжалостный! Эмонн рассказал мне всё. Это ты их казнил. Ты веками их истреблял.

Лютер побледнел. Его эфирная броня замерцала.

— Ты не представляешь, о чем говоришь, – тихо сказал он.

— Разве ты не Страж Законов?

— Я Страж Законов, но…

— Твоя обязанность – проводить все казни?

— Да.

— Так ты это отрицаешь? Отрицаешь, что убил их?

— Все не так просто, как ты…

— Ты это отрицаешь?! – прорычала я.

У Лютера затрепетали ноздри, но он не ответил.

— Ты это отрицаешь?

— Да, я это отрицаю! – прогремел он в ответ и швырнул в меня залп световых стрел, потом еще один.

Я нагибалась и поворачивалась, чтобы от них спрятаться, вздрогнув, когда одна из них пролетела на волосок от моей щеки.

У Лютера сбилось дыхание. Его грудь ходила ходуном от резких, сбивчивых вдохов.

— Ты правда так обо мне думаешь? Думаешь, я способен на такое? – Лютер гневно цедил сквозь зубы, но в его словах сквозила чуть ли не обида. – Поэтому ты так люто меня ненавидишь?

Вопреки холоду подземной тюрьмы, по моему телу растекался жар, грозя затопить меня.