Воин Сидона - Джин Родман Вулф Страница 43

Я спросил, что еще за Сабра, и Урей указал на восковую фигуру.

— Это известный трюк, господин. Колдун создает куклу и на некоторое время оживляет ее. Многое уходит из твоей памяти, но, возможно, тебе попадался где-нибудь резной посох в виде змеи?

— Возможно, – согласился я. – Чувство, что, увидев такой, я бы не удивился.

— Подобные посохи есть у колдунов, господин, и они освящены змеиной кровью. Колдуну достаточно бросить посох на землю, и на некоторое время деревянная змея оживет. Однажды я бился с такой. – Урей вроде не улыбается, но близок к тому. – Этот трюк легко исполнить, а ящик, который тебя удивил, в исполнении и того проще. Не хочешь изучить крышку?

Я отнес ее на свет, что лился в открытый люк; к дереву были приклеены парусина и веревки.

— Концы этих веревок соединяются с другими, господин, – объяснил Урей. – Ткань, за которую они держатся, приклеена к дереву. Тому, кто хочет все видеть в истинном свете, придется тщательно вглядеться в крышку при сиянии Ра.

Я задумчиво кивнул:

— Должно быть, лекарь пронес ящик на борт под покровом ночи. Это всего лишь трюк.

— Только трюки у него и есть. Чудеса свершают боги.

— Удивительно, как это крышка не свалилась с ящика, пока его грузили на корабль. Знаешь, как она удержалась на месте?

Новый голос, низкий и призрачный, произнес:

— Ответ у тебя в руках.

Я обернулся и увидел, что восковая женщина сидит в своем ящике.

— Тебе это вернуть? – Я испуганно протянул ей крышку. – Твое вроде бы?

— Не вставай, Латро. – Она вылезла. – Сама подойду и заберу.

Она двинулась к нам, медленно и изящно, а легкое покачивание судна ни капли ей не мешало. Еще ничего, наверное, я не страшился так, как вальяжного приближения этой женщины. Глядя на нее, понимаешь: есть участь и похуже смерти.

— Взгляни сюда. – Она перевернула крышку, показывая изнанку. – Разве у тебя на щите нет таких ручек?

Худо-бедно совладав со страхом, я ответил, что щита не ношу.

— Убегая с поля боя, воины бросают щиты, – молвила восковая женщина. – Ты не бежал при виде меня.

— Как и Урей.

— Он бы не побежал, а заполз в какую-нибудь щель. – Она улыбнулась. – Ты считал его своим другом?

— Он мой раб и, надеюсь, не умышляет против меня.

— Он никому не друг, разве что своему господину.

Урей удивил меня, сказав:

— Теперь он – мой господин, Сабра. В нем кровь Осириса.

— Неужто твой хладный ихор потеплел для него? – Восковая женщина глухо рассмеялась. – Можно присесть рядом с тобой, Латро? Места всем хватит.

Я кивнул и встал, пока она садилась, а потом опустился обратно.

— Ты не из воска, – заметил я.

— Спасибо, добрый Латро.

— Будь ты из воска, у тебя не колыхались бы груди.

— Говоря с тобой, я шевелю губами. У восковой женщины так получилось бы?

Я не знал, что сказать.

— Мы с тобой уже встречались, пусть ты и не помнишь. Я навестила тебя в гостинице. Потом провела тебя и твою певицу в дом моего господина.

— Должно быть, поэтому ты меня и не пугаешь, – сказал я, хотя на деле ужасно боялся.

Урей шепнул:

— Пришел твой господин и оживил тебя, Сабра? Он умеет являться незримо?

— Порой умеет. – Восковая женщина улыбнулась. – Нет, змей Сесостриса, он не приходил. Он бы разгневался, узнав, что я встала и разговариваю с вами.

Урей прищурился и подался вперед, по-черепашьи сильно вытянув шею.