Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Гончарова Страница 460

Я фыркнула. Знай эта швабра про мое общение с Мечиславом – молчала бы в тряпочку. Моя сила осталась при мне. Но на всякий случай я на миг нырнула в привычный мне мир.

Нет, мои способности никуда не исчезли. Я отлично видела ауры – и вокруг посетителей колыхалось что-то грязно-буро-серо-красное размытых и весьма неприятных очертаний.

А вот воздействовать…

Я задумалась. Хорошо бы устроить им несварение желудка часиков на двенадцать…

Но моя попытка дотронуться до ауры привела только к вспышке головной боли.

Как так?

Я сосредоточилась и попробовала еще раз.

Больно, черт!

Глубоко в душе начало разгораться тяжелое нутряное бешенство. Взрычал мой зверь с человеческими глазами. И вдруг – изумленно замолк.

Я ощутила себя одинокой. Мой внутренний зверь словно бы… не погас, нет! Но оказался заключен в прочную клетку. И как я ни старалась, не могла выпустить его наружу.

Чудовище с человеческими глазами ходило совсем рядом, взрыкивало за крепкой решеткой, но ничего не могло сказать.

Это ее угроза?

Или?..

Я отлично знала, что на освященной земле вампиры и оборотни чувствуют себя нехорошо. Если мой внутренний зверь сродни вампирской силе… а он сродни, это точно. Стоит только вспомнить Годвина и Глорианну. Вывод – вопрос монастыря. Или мне что-то давали?

Я вспомнила вареную траву, которая была в кувшине на тумбочке. Напилась я ее ночью от всей души. А вы бы попробовали не напиться!

Но что характерно, после нее меня почти сразу потянуло на горшок. То есть – прочищающее?

Я так и подумала.

Теперь вопрос… мои блокированные способности – это результат действия наркотиков, травы или святой земли? Или всего вместе? Ложка сахара в чашке чая – не так много. Но три – уже весьма ощутимо. Может так быть?

Технически – да. Практически же…

Тётка внимательно наблюдала за моим лицом и оказалась неплохой физиономисткой.

— Не выходит?

— А не надо было вчера по пьянке каменным цветком закусывать, – автоматически огрызнулась я.

Судя по лицу монашки – анекдот она не слышала. Рассказать?

Перебьется.

— Чтобы ты знала – я теперь хозяйка…

— Медной горы? – тут же перебила я. Хамить! И только хамить! Пока по морде не бьют! – Или нет! На гору ты не тянешь. Та на человека похожа была. А ты – крыса помоечная. Значит так. Крысиной дыры хозяйка. Вот это твое. Чего тебе от меня надо, крысомордие?

— Дерзи, пока еще можешь, – лицо женщины перекосилось. – Придет время, когда ты будешь мне руки целовать…

— Да я в принципе и сейчас могу, блевать уж очень охота, – согласилась я.

И резко поменяла тон. У Мечислава научилась.

— А теперь кончай тут лапшу варить!

Сбитая с мысли тетка нахмурилась.

— Какую лапшу?

— Дешевую. Китайскую. Которую ИПФ год мне пыталось на уши развесить.

Ирония дошла. И тетка опять сверкнула глазами.

— Мы этим не занимаемся, – поморщилась она. – У нас работают специалисты в своей области.

— Такие же, как отец Алексей, которого я закопала?

Удар попал в цель. Тетка аж дернулась. И полностью скинула маску притворного дружелюбия. Что тут скажешь? Гиена и есть. Пятнистая. Помесь гиены со сколопендрой. Вот!

— За него ты еще ответишь!

— Тебе, что ли?

— Мне тоже. Он был моим двоюродным братом! Но ты ответишь еще и его сыну!

Тетка перевела взгляд на стоявшего в углу… нет, назвать ЭТО мужчиной я не смогу! Это просто оскорбление для всего мужского рода. Пусть будет склизнем! Слизняки – они природе нужны. А это – склизняк.