Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Гончарова Страница 466

— Попалась, которая кусалась?!

— Это кто еще из нас кусался?!

— История нас рассудит!

— Ага, от нее дождешься! Так ославят, что хоть под землю прячься…

— Значит, надо пользоваться моментом. Раз все равно ославят, – Мечислав склонил голову и чуть прикусил кожу у меня над ключицей. Чуть-чуть, не больно, не до крови… но как-то умудрился найти самое чувствительное место. Я застонала и выгнулась под его телом.

Но вампир тут же отстранился и потянул меня наверх.

Я сначала даже не поняла – зачем, послушно двигаясь за его руками. Очнулась только, когда Мечислав уселся по-турецки среди одуванчиков и привлек меня к себе так, что я опиралась на него спиной.

— Радость моя, если мы сейчас займемся любовью, мы вылетим отсюда. А мне хочется еще поговорить с тобой.

Я фыркнула, но сопротивляться не стала. Он прав. На двести процентов прав.

— А о чем мы будем разговаривать?

— Для начала ты мне расскажешь, что сейчас происходит с твоим телом.

— Лежит, наверное.

Здесь, под ярким солнышком, в тепле и уюте, вспоминать склизня и его тетушку совершенно не хотелось. Вы же не думаете об отхожем месте, наслаждаясь мороженым? Вот и я так же…

Но Мечислава было не провести.

— Юля…

Голос вампира был полон укоризны. Мол, стыдно, девочка. Я же вижу, что ты недоговариваешь. Так ЧТО именно ты недоговариваешь? Рассказывай.

— А может… – начала я.

— Нет. Расскажи мне. Или… Юля, с тобой ничего…

Я вздохнула. Да, если я сейчас умолчу о происходящем, Мечислав бог весть что подумает. Пришлось рассказать.

Вампир отреагировал своеобразно. Я сидела, плотно прижавшись к нему, и слушала его дыхание, ощущала стук сердца… да, здесь его сердце билось. Четко и размеренно. И ускоряло свой ритм, по мере того как моего любимого охватывала ярость.

— Убил бы, – коротко бросил он.

— Сама бы убила, – вздохнула я. – Да вот не могу пока.

— Они не проговорились, где ты находишься?

— Нет. Если только Рокин знает, где находится этот… сыночек.

— Я спрошу у него. И прикажу группам оторвать мерзавцу все, что только можно.

— Хорошо бы, – я потянулась, потерлась затылком о крепкое плечо.

— Я тебя обязательно оттуда вытащу. И очень скоро.

— Знаю.

— А пока постарайся не нервничать. Что бы они с тобой не пытались сделать – это только тело. Не душа. Не разум. Голая физиология. Ты это понимаешь?

— В смысле – когда вас насилуют – расслабьтесь и постарайтесь получить удовольствие? Ты это хочешь мне сказать?

Мечислав чуть развернул меня так, что теперь я видела его глаза.

Огромные. Искристо-зеленые. С крохотными алыми точками в зрачках.

— Родная моя, любимая, единственная… пойми, для меня ты именно такая. И что бы ни случилось – ты моя. И – да. Я пытаюсь морально подготовить тебя ко всему. Если, например, этот козел сейчас насилует твое беспомощное тело…

Я зарычала, только представив себе эту ситуацию.

— Яйца вырву!!!

— Смерть для таких слишком быстро и просто. Я о том, что это – не твоя вина. И не твоя воля. Это… как если бы ты оступилась на улице и упала в лужу. Выстираем одежду, искупаемся – и все исчезнет. Ты же понимаешь…

Я кивнула. Меня это особенно не утешало. Но выбора не было. Я знала – Мечислав в бешенстве. Если бы он оказался рядом со склизнем, хотя бы на две минуты – подонка опознали бы только по ДНК. Но я так же знала, что он сейчас чувствует. Видимо, так работала наша связь.