Злодейский путь! Том 5 - Эл Моргот Страница 48

«Давай не будем сейчас на это отвлекаться, – предложил Шен. – Ты успеешь задать мне все интересующие тебя вопросы в более спокойной обстановке».

«А ты ответишь?»

«Кто знает…»

«Просто я до сих пор не могу до конца поверить, что это правда. Разумом понимаю, что это единственное объяснение, но все равно не покидает ощущение, что ты обдурил меня и сейчас посмеиваешься».

Шен искренне удивился.

«Разве ты не чувствуешь, что я говорю правду?»

«С тобой нельзя быть уверенным в чем-то, – проворчал Муан. – К тому же правда так невероятна, что мне и своих сомнений предостаточно».

«Только не проси меня привести доказательства! Это… как-то…»

«Не нужно. Я тебе верю. Просто… Черт возьми, я не знаю, как описать это ощущение… Я и верю, и не могу поверить одновременно…»

Шен ничего не ответил, предоставив Муану самому разбираться со своими противоречивыми ощущениями, но вскоре мечник вновь мысленно обратился к нему:

«Скажи хотя бы, сколько тебе было лет, когда ты умер».

«А как ты думаешь? – не удержался Шен. – На какой ментальный возраст я тяну?»

«Понятия не имею!» – так искренне воскликнул Муан, что Шен не удержался и тихонько рассмеялся.

— Учитель? – тут же с удивлением отреагировал Ал. – Вам на ум пришло нечто смешное?

Ветка, которую Шен отогнул в сторону и случайно не удержал, чуть не хлестнула его по лицу, но Ал отреагировал мгновенно.

— Может, мне пойти первым? – предложил он, согнув угрожающую учителю ветку так, что та тихо хрустнула и сломалась.

— Это ни к чему.

Шен пошел вперед, ускорив шаг, словно пытаясь тем самым не только показать Алу, что прекрасно справляется, но и убежать от дальнейших расспросов Муана.

Они шли уже около двух часов, лучи солнца стали более мягкими, а воздух – прохладнее. Без талисманов и меча Шен ощущал себя неуютно и недостаточно защищенно. Заклинатель без меча не заклинатель.

Шен только сейчас подумал, как, должно быть, тяжело Муану без своего оружия. Ведь для старейшины пика Славы меч – буквально продолжение себя. Безоружный, да еще и уменьшившийся… Шен постарался, чтобы ни в коем случае его мысли не обрели должной яркости, чтобы не передаться Муану. Некоторые чувства лучше оставить при себе, а старейшина пика Черного лотоса был уверен, что Муан не простит его, если почувствует к себе жалость. И как бы Шен ни объяснял, что это ни в коем случае не умаляет его достоинства, для мечника это будет неважным. Насколько Шен успел его изучить, Муан не терпел сомнений в собственной силе и боевых возможностях.

Лучам солнца стало сложнее продираться через листву, а вскоре они и вовсе исчезли. До полной темноты оставалось не больше часа.

Идя первым, Шен нацеплял на себя целые полотна паутины и задумался: это проявление его классической неудачливости или, наоборот, стоит счесть за удачу, что он не свалился ни в какую яму? Все-таки он впервые вышагивал в статусе главного героя и пытался понять, есть ли хоть какие-то отличия.

— Учитель, смотрите! – позвал Ал.

Шен обернулся в указанном направлении и, приглядевшись, заметил между ветвями дерева белые цветы. За цветущим деревом виднелся угол деревянного сруба.

— Магнолия цветет, – продолжил ученик. – Значит, весна.

Шен молча двинулся вперед, силясь понять, жилой ли дом он видит. С приближением стало понятно, что «дом» и вовсе слишком сильное для этой хибары определение. Просевшую, скособоченную, ее можно было принять за сезонную хижину пастуха, если бы не густой лес вокруг. Длинная выщербленная колода со стоящей в ней водой лежала в черной грязи. Ее дряхлые бока покрылись зеленой плесенью, а в грязной воде плавали яркие, словно звезды, белые цветы магнолии. Во влажной земле отчетливо проступали цепочки следов. Если бы не они, Шен решил бы, что это место заброшено.