Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 49

— Я… – покосилась та на Тополева и, получив подтверждающий кивок, продолжила иным, более уверенным тоном: – Я сразу поняла, сколь опасны эти девицы. Мой наставник не видел этого. Увы, и лучшие из нас бывают слепы, когда дело касается близких. Мало того что они опозорили его пред всеми… – По щеке Эсмеральды поползла слеза, и оператор, подскочив, заснял ее лицо крупным планом.

— Кстати, – тихо заметил эльфийский посол, – клевета – веский повод для дуэли. И уголовно наказуема. А в году тысяча семьсот шестьдесят третьем, когда на пиру государевом боярин Ухтомский прилюдно заявил, что эльфы являются лицами…

Иван выразительно застонал.

— …он позвонил, все еще надеясь, что его выслушают. И ему ответили приглашением. Потребовали, чтобы явился лично и немедленно…

Звонок был. Это зафиксировано.

Содержимое… Сложно будет доказать, что Маруся послала отца, а не потребовала явиться немедля.

— …был вызван на бой, – голос эльфийского посла был спокоен и невыразителен. – Однако высочайшим повелением государя дуэль была заменена прилюдною поркой. Боярину высочайшею волей положили трое суток в кандалах и двадцать ударов плетью.

— Хорошие были законы, – Сашка вздохнул, – наглядные…

— …он собрался идти.

— А идти было недалеко?

— Нет, если знать дорогу. Здесь рядом тропинка, – поспешила заверить Эсмеральда.

— …а также забрал половину земель Ухтомских во восполнение ущерба дружественным отношениям с эльфийским народом…

— Погодите, – подхватил Дымов, – но это ж когда было! Закон…

— Закон был принят государем в том же году. И не отменен.

— …и я рискнула отправиться следом. Понимаете, я очень боялась за него! Чувствовала темную энергию, негативные вибрации, словно сам мир желал предупредить нас об опасности! И пыталась остановить наставника. Но сердце его, преисполненное любви…

— …вы в самом деле полагаете, что кто-то сейчас будет пороть репортера?

— Закон ведь не отменен? – Глаза Сашки заблестели. – Если так, то нужно исполнять. А вот пороть репортера за клевету да прилюдно… а если еще и на камеру… Рейтинги, думаю, поднимутся… у канала так точно. А заодно, глядишь, и думать начнут.

— Это негуманно!

— Зато эффективно. В теории…

— Они встретили его на опушке…

— Они?

— Его дочери. Подошли, и мне показалось даже, что они хотят его обнять! Но потом я увидела, как он падает. А они, наклонившись, тычут в него ножами!

— Ужас какой! – радостно выдохнула репортерша. – А дальше?

— Все мое тело оцепенело от страха! Я буквально утратила дар речи… Я смотрела, как они волокут моего наставника. И как закапывают его здесь!

Дрожащая рука девицы указала на дерево.

— И вы ничего не сделали?

— Вибрации вселенной сказали мне, что жизненный путь великого человека оборвался. И что телу уже нельзя помочь. А душа его обрела свободу. – Галина-Эсмеральда поджала губы. – Но я поняла, что мой долг рассказать всем о таком коварстве…

Камера скользнула по лицам полицейских, которые поспешно закивали, долг признавая и одобряя инициативность гражданского населения.

— И сейчас мы с вами получили удивительную возможность присутствовать при следственном эксперименте… Это ведь так называется? – Микрофон ткнулся в самого важного из полицейских, и тот, шарахнувшись было, все же удержался и важно кивнул.

— Не совсем эксперимент, скорее определенные следственные действия. Совершив их, мы убедимся, что указанный факт наличия совершения преступления имеет место быть.