Хозяйка старой пасеки 4 - Наталья Шнейдер Страница 51

— Расскажешь?

— Я… прогнала его. Не хочу вспоминать.

Я кивнула. Тихонько качнулась вместе с ней, будто успокаивала ребенка.

— Где были мои глаза? — с неожиданно взрослой интонацией спросила она.

— Там же, где у меня много лет назад. Не вини себя за то, что проиграла шулеру. Невозможно выиграть, когда у другой стороны — крапленые карты, а ты даже не знаешь правил игры.

Она шмыгнула носом.

— Я же не маленькая. Должна была…

— Тшш… — я снова качнулась, баюкая ее. — Ты не маленькая. Дело в… весовой категории.

— То есть?

Ах, да.

— Ну вот знаешь, как по весне выходят стенка на стенку?

Она кивнула.

— Вот и представь, что с одной стороны оказался, скажем, подмастерье кузнеца, который целыми днями размахивает тяжеленным молотом, а с другой… Сергей Семенович.

Варенька хихикнула. Тут же охнула, прикрыв рот ладонью.

— Нехорошо над таким смеяться, но…

Я кивнула.

— Или, скажем, твой кузен вдруг сошел с ума и решил меня ударить. Смогла бы я защититься?

Варенька помотала головой.

— И заметь. Никто бы не стал осуждать Сергея Семеновича, не сумей он победить на кулачках кузнеца. Никто не стал бы винить меня, если бы я не смогла защититься от сильного опытного воина. Ты не в чем не виновата, Варенька. Только оружие Алексея не шпага и кулаки, а язык и опыт. Долгий опыт притворства. Умения нравиться — что нарабатывается годами в столичных гостиных. А ты ведь еще даже не выходила в свет.

— Только на детские балы, — шмыгнула она носом.

— Вот. Это был нечестный бой.

Она надолго замолчала. Я не торопила. Ей нужно было обдумать. И поверить, что она не глупая, а просто неопытная.

— Значит я… безоружная?

— Ты была без доспехов, — мягко поправила я. — С открытым сердцем против отточенного ядовитого клинка. И ты победила?

— Победила? — недоверчиво переспросила она.

— Ты — дома, среди тех, кто тебя любит и готов за тебя в огонь. А он скачет в ночи, злой, голодный и без гроша, потому что девчонка, которуюон уже считал своей добычей, оказалась ему не по зубам. Так кто победил?

— Но я… — она всхлипнула. — Это так…

— Больно, — закончила я за нее. — Свежие раны болят, твой кузен подтвердит. Но, думаю, он подтвердит и другое — раны заживают. А шрам напоминает о том, как важно держать щит. В следующий раз ты будешь знать, куда смотреть, и как слушать. Ты — настоящая, Варенька. И ты молодец.

Она судорожно вздохнула. Напряженные плечи обмякли.

В дверь осторожно постучали.

— Варвара?

— Ох, Кир! — всхлипнула она.

Стрельцов вошел. Он был все в том же мундире, только ворот расстегнут. Увидев нас, он молча шагнул к кровати и раскрыл объятья. Варенька, уже не сдерживаясь, прижалась к нему, пряча лицо на его груди.

Я встретилась с ним взглядом поверх ее вздрагивающих плеч. В глазах Кирилла была такая благодарность, от которой у меня самой защемило сердце.

— Спасибо, — шепнул он одними губами.

Я выскользнула за дверь, прикрыв ее плотнее. Все что могла, я сделала. Теперь ей нужна не жилетка подруги, а объятья старшего брата. Сознание, что ее готовы защитить от всего мира и даже чуть больше.

Я вернулась в свою комнату. Здесь было тихо и пусто. Только луна, пробиваясь сквозь шторы, чертила на полу серебряные полосы. Я подошла к зеркалу.

Вроде бы все закончилось хорошо. Для Вареньки.

А для меня?

Сердце все еще билось неровно. Взгляд Стрельцова, его «спасибо», брошенное в полумраке, его рука, гладившая волосы кузины…