Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал - Денис Камков,Александр Камков Страница 51

— Ты не уходил что ли, парень? – Спросил он меня.

На двергов нельзя было обижаться, точнее это просто было невозможно. Из юных лет они вырастали, перешагнув порог пятидесяти зим. Мастерами становились к ста, ста пятидесяти. Великими мастерами, если получалось, к тремстам и тогда уже делали только уникальные вещи, а большее время просто наставничали. На «парня» я не обиделся и просто кивнул.

— А ну покажи, что ковал, вижу же, что ты что-то мастерил. – Проговорил кузнец.

— Не доделал ещё, – проговорил я, и с большой неохотой протянул ему тяжёлый боевой нож.

Дверг взял его в свои руки и попытался переломить посередине.

Даже под кожаной его рубахой и толстым фартуком я увидел, как набухли мощные мышцы на его груди и руках. Кисти его побелели от усилия, а лицо, наоборот, стало красным от прилившей крови. Выдохнув, он расслабился и зыркнул на меня.

«Не дай Восемь мне хотя бы улыбнуться». – Подумал я.

Дальше было интереснее. Дверг мой клинок ногтем ковырял, на звон слушал, зубом цыкал, смотрел на него и так и сяк и, наконец, изрёк:

— Молодец, нормальный нож. До ума то довести сможешь?

— С твоей помощью мастер. – Ответил я.

Кивнув, как будто и не ожидал другого ответа, дверг сказал:

— Иди, поспи шесть часов, вторые шесть часов поможешь мне тут. Если меня не найдёшь, спроси у кого-нибудь мастера Трора – это я.

Как я дошёл до кровати, разделся и уснул, я не помню. Но я был счастлив, пригодился всё-таки мудрёный чертёж кузнеца альтеров. После шестичасового перерыва на сон, водные процедуры и обильный приём пищи, я снова отправился в кузницу к мастеру Трору. Чертежи и схемы я читать умел, и это сильно облегчало мою работу в следующие дни.

Учиться мне приходилось в основном тому, какие металлы и сплавы для чего лучше подходят. Составлению пропорций сплавов на те или иные нужды, подсмотрел я и пару новых кузнечных приёмов. Металл дверги складывали немного по-другому, слои могли также скручиваться, а затем складываться. На вопросы мои отвечали, когда я чего-то не понимал, и это было приятно. Трор охотно делился знаниями в перерывах между работой.

С мехов меня поставили молотобойцем и теперь я не только видел всё что он делает, но и принимал в этом непосредственное участие. В свободное время я доводил до ума свой новый «Дырокол», как я назвал его. Строгая коническая форма тридцати сантиметрового обоюдоострого клинка подразумевала именно такое его использование. В один из дней в кузницу вошёл старейшина Строн и всякая работа замерла. Подойдя ко мне, он снизу вверх осмотрел меня и проговорил:

— Ты не только воин, но и начинающий мастер, как мне докладывают. Похвально. У меня есть предложения для тебя мастер Стэн, давай отойдём и поговорим за кружкой пенного.

Пиво у двергов было вкусное. Густой, плотного чуть горьковатого вкуса напиток, прекрасно утолял жажду и легко пьянил. Мы как полагается, отпили сразу по пол кружки, заказали ещё по одной, и я выжидательно уставился на старейшину. Неторопливо и с большим достоинством он вытер усы и откашлялся.

— Дело опасное, друг мой, – проговорил он. – Но, если выгорит, будет тебе аудиенция и не только!

Я как обычно выжидательно молчал и старый дверг продолжил:

— У нашего народа есть несколько мест, что мы почитаем особо, – проговорил он. – Одно из них ты знаешь как озеро, из которого берет своё начало река Тинза. Для нас это не просто озеро, но святыня. Только той водой, взятой в определённый день и час, можно омыть тело новорожденного престолонаследника или ушедшего правителя нашего народа. Озеро – это высоко в горах, и мы не против омовений в нём или забора его вод для питья, но гоблинсы поставили там лагерь, ты понимаешь, что это значит? – Проговорил он и его густые брови грозно сдвинулись к переносице.