В моем болоте утонула ведьма - Молли О'Нилл Страница 54

— Маринованная селедка, – сказала она. – Попробуй. Я слышала, что ее очень любят речные духи восточного побережья.

Я взяла нож с костяной ручкой, подцепила им кусочек рыбы и отправила в рот. Вкус был и сладкий, и острый, а мякоть сочная и нежная.

— Очень вкусно, – промычала я, подняв глаза на королеву. – Спасибо, что вспомнили.

Леди Крейдиладд просияла:

— Прошу, возьми всю банку! При дворе это блюдо никто не ценит.

— Могу я спросить, госпожа… – начала я, но королева мягко перебила, подняв руку.

— Поешь сначала, Дженни, а потом поговорим. У вас впереди долгий путь, вам нужны силы.

Мы с Темперанс переглянулись, та пожала плечами и потянулась за булочкой. Я тоже набрала в тарелку всего понемногу. Все было вкусное, невероятно свежее и давало чувство сытости и изобилия.

Мы пировали вместе, поливая медом горячие блинчики и роняя хлопья морской соли на золотистые яичные желтки.

Леди Крейдиладд разреза́ла булочки пополам и клала внутрь яичницу и ломтики бекона. Она ела так изящно, такими маленькими кусочками, что взгляд менее пристальный, чем у меня, и не заметил бы, как исчезли целых три таких сэндвича. Поняв, что я за ней наблюдаю, королева мне подмигнула.

— Куда бы мы ни пришли, я на рассвете посылаю служанку на местную ферму за яйцами и молоком. Такая уж у меня слабость.

— Служанку? Она человек? – спросила ведьма. – Подменыш?[31]

— О, всего лишь никси[32], – ответила королева. – Она платит золотом и благословляет кур, чтобы лучше неслись.

Темперанс явно хотела что-то сказать на это, но промолчала, задумчиво пережевывая грибы.

Бракус пытался втянуть королеву в беседу, расточая комплименты и упражняясь в тонком остроумии. Но леди Крейдиладд лишь вежливо кивала, продолжая откусывать сэндвичи, и в конце концов гоблин стал просто ею любоваться.

И впрямь леди Крейдиладд была настоящей красавицей, даже на мой обычно равнодушный взгляд. Волосы цвета белого золота были собраны под сетку, закрепленную россыпью жемчужных шпилек. На молочно-белом лбу, между темными бровями, был нарисован молодой полумесяц, и изгиб его подчеркивал идеальный овал лица. Лишь глаза королевы нарушали полную гармонию: один был зеленый, а другой фиолетовый.

Леди Крейдиладд была прекрасна и свежа, как лужайка весенних цветов, чуть прихваченных изморозью. Казалось невероятным, что они с Гвином могли сидеть рядом: тот был стихией, громом и молнией, яростной тьмой. Редко увидишь двух столь несхожих людей, но, может, как раз поэтому они и прожили вместе так долго.

Я собрала остатки желтка последним кусочком хлеба и наполнила чашку для королевы. Она выпила и стала убирать посуду. В серебряную миску королева налила воды, чтобы мы смогли умыться, а рядом оставила чистое полотенце. Я села посвободнее, но запретила себе ковыряться в зубах.

Наведя порядок, леди Крейдиладд чинно сложила руки на коленях и улыбнулась нам.

— Теперь, когда все сыты, давайте перейдем к делу. Вам интересно, должно быть, зачем я пришла. Прошлым вечером мы не успели поговорить с глазу на глаз, и я хотела встретиться с вами до вашего ухода.

— Благодарим, госпожа, – пробулькал гоблин, – истинной честью было делить с вами трапезу.

«В кои-то веки искренний комплимент», – подумала я. Леди Крейдиладд мягко коснулась его руки, отчего Бракус вспыхнул до корней волос.