Зажмурься и прыгай - Юлия Стешенко Страница 55

И другие дети песка за шиворот не насыплют.

— Д-да. Т-т-тене-ч-чек, — словно курица головой, дробно закивал мальчик. — Иг-г-г-Г-Г-Г-Рушки! — выкрикнул он сложное слово. В широко распахнутом левом глазу мелькнула гордость — то ли внезапным успехом, то ли этими вот самыми игрушками. — П-п-пош-ли!

Збышек тоскливо покосился на Яську. Та, стоя у лавочки, что-то увлеченно рассказывала пани Крыгоцкой. Обе были настолько захвачены беседой, что не обращали на Збышека никакого внимания. И на мальчика, к сожалению, тоже.

А значит, выбора не оставалось.

— Ну, пошли, — обреченно вздохнул Збышек. Выпрямившись, он протянул мальчику руку. Не от великой симпатии — просто из страха, что тот запнется в траве, упадет и покалечится. Но Тадек, восторженно замычав, ухватил его за пальцы потной ладошкой так крепко, словно всю жизнь именно об этом и мечтал.

— П-п-пошли! П-пошли! — криво загребая ногами, он устремился к дереву, волоча за собой Збышека. — П-пошли!

Яська, обернувшись, удивленно вскинула брови, но улыбнулась и кивнула.

Страховка оказалась не лишней — Тадек действительно запинался, теряя равновесие. Збышек, почти не напрягая руку, удерживал крохотное легкое тельце на весу, позволяя нащупать ногами землю. Тадек, сосредоточенно пыхтя, выпрямлялся, встряхивался и снова тянул вперед. Когда они наконец-то дошли до песочницы, Збышек с облегчением выдохнул.

— Вот! Игрушки! — радостно объявил Тадек, судорожно дернув скрученной рукой. Збышек оглядел сероватый влажный песок, по которому были щедро рассыпаны пластиковые формочки — зайчики, котики, еще какая-то невнятная хрень. У бортика возвышался пунцовый самосвал, доверху нагруженный веточками и галькой.

— Вот, — повторил Тадек и опустился на колени, подтягивая к себе машину. — Давай ст-троить. К-крепость.

Збышек поглядел на Яську — та снова вернулась к разговору, демонстративно развернувшись спиной к песочнице.

Это было нечестно. Збышек согласился привезти ее сюда. Согласился подождать, пока Яська закончит лекцию по ведьмовской терапии. Но он не подряжался работать нянькой! Тем более с таким вот ребенком. Как там Яська сказала? Особенный? Да уж. Особенный.

А если он сейчас песок начнет жрать? А если заплачет? А если в припадке забьется?

— В-вот. С-строй, — Тадек протянул совочек. Збышек тупо уставился на выгоревший зеленый пластик.

Это ненадолго. Минут на пять. Ну, может, на десять.

— Б-бери! — призывно взмахнул совочком Тадек. На лице у него проступило странное испуганное напряжение. — Или… х-хочешь м-м-маш-шину? М-м-маш-шина х-х-орош-шая! С-с-с…

— Самосвал? — подсказал Збышек.

— Да! С-самосвал! — с облегчением улыбнулся Тадек. — Хочешь? Н-на!

Дотянувшись, он подкатил к Збышеку свой грузовичок, нежно погладил глянцевый борт кузова.

— Н-н-новый! М-ма-ма под-дарила.

Печально понурившись, он подтолкнул грузовик вперед.

И тут до Збышека дошло.

Это был подкуп. Нелепый, беспомощный подкуп. Тадек увидел, что Збышек не хочет играть. Понял, что он собирается сбежать — и попытался удержать, предложив свое единственное сокровище.

Уже осознавая истину, Тадек все-таки снова толкнул грузовик Збышеку.

— Н-не х-х-хоч-ч-чешь? — улыбка на лице Тадека увяла. — Т-тебе п-п-п-пора, д-да?

Збышек посмотрел на грузовик. На Яську, все еще болтающую о чем-то с Тадековой мамашей. На мальчишек, с гоготом скачущих по площадке.