Пустыня смерти - Влада Мишина Страница 55

Разбойнику оставалось только одно возможное решение: «Жреца нужно убить».

Глава VII. Путь памяти

В водной глади искрится светлая память,

Но прошлого тьма может стать её илом.

Сможешь ли ты позади всё оставить,

Чтоб радость не стала ошибок мерилом?

Ифе сидела на кровати в старых покоях обители Селкет и массировала виски, в которые болью отдавался уже почти ненавистный зов скрижали.

После возвращения к спутникам ей удалось вздремнуть, чтобы совсем не ослабеть на том пути, который их ждал.

В спальню тихо вошла Амт. Лицо богини было напряжённым, и зелёные чешуйки стали сильнее выделяться на побледневшей коже.

— Как ты?

Взглянув на богиню, Ифе вздрогнула. Тяжесть возможного решения, о котором она думала под взглядом Наунет, стала особенно ощутимой. «Что будет с богами, если мир станет принадлежать людям?..» Ифе знала, что никогда не сможет причинить вред богам. Цели Одайона по их уничтожению были ей противны и ненавистны. Однако в её видении боги добровольно отдалились от людей. «Что, если в реальности они не захотят так поступить? Что, если они не примут путь, который кажется мне правильным?»

Аментет пока не знала ответов на эти вопросы, но, несмотря на сомнения и страхи, образ мира, показанный ей Наунет, продолжала казаться благом для мира.

— Ифе? Ты слышишь меня?

Молчание девушки затянулось, и Амт осторожно прикоснулась к её руке, повторяя вопрос.

— Как ты?

— Нам нужно идти? – встрепенулась Ифе, возвращаясь из раздумий.

— Нужно. Только… – Амт выдохнула, касаясь висков кончиками пальцев. – Остальным я уже сказала. Мне удалось пробраться глубже в мысли Царицы.

— И… что ты в них нашла?

— Испытания. Она защитила скрижаль и сделала так, чтобы путь к ней можно было пройти, только собрав артефакты.

— Палетку, статуэтку и копьё?

— Да.

— У нас нет статуэтки Бастет. Значит, до скрижали мы не доберёмся?

— Два артефакта – это уже лучше, чем ничего… – ответила Амт. – Просто одно из испытаний может оказаться сложным.

— А когда нам было легко?..

Из горла Амт вырвался нервный смешок.

— Никогда.

— Что за испытания нас ждут?

— Точно не знаю. Мысли Царицы о них разрозненны. Думаю, она старалась скрыть их даже в своей голове.

— Отступать в любом случае поздно.

Амт кивнула, шагая к выходу из комнаты.

— Ифе… – богиня сделала паузу, передёргивая плечами, – меня одолевает дурное предчувствие.

По спине Ифе прошёл холодок, словно предчувствие Амт передалось и ей.

— Всё будет хорошо.

— Надеюсь. Но если что-то пойдёт не так… В общем… Ты не могла бы… – Амт закрыла глаза и упрямо поджала губы. – Ничего. Прости. Говорю какую-то ерунду.

— Амт, я готова выслушать тебя, что бы ты ни сказала.

— Если что-то произойдёт со мной, скажи Сету, что я не виню его ни в чём и по-прежнему люблю, – скороговоркой выпалила она.

Боясь допустить даже мысль о том, что с Амт что-то случится, Ифе упрямо повторила:

— Всё. Будет. Хорошо.

Богиня устало кивнула.

Спальню девушки покинули молча, притворяясь, что имя Сета и просьба Амт не прозвучали.

* * *

Пожирательница душ провела Ифе через зал со статуей Селкет, и они оказались в продолжении катакомб. Здесь всё было так же, как и в том месте, где начинался их путь под Та-Дешрет: темницы с решётками из оникса, и длинный коридор во тьму.

Амт вздрогнула, приближаясь к уже ожидающим их с Ифе Сету, Анубису, Кейфлу и Атсу.