Майор под шубой, или Тайна «Волшебного ларца» - Надежда Цыбанова Страница 55

— И срок, – сурово рявкнула я. – Дама в стиле «кобальтовая сетка» со стертым клеймом завода. Серьезно? Изделия Императорского фарфорового завода редкие и дорогие. Они без документов никогда не попадают в руки! Признавайтесь, где взяли?

От кулака в лицо спасла хорошая реакция Эйнара. Уже летя в сугроб, куда отправил меня добрый майор, пока объяснял условному родственнику, что распускать руки – это плохо, я бережно сжимала статуэтку в ладонях. Только бы не разбить.

Потасовка закончилась очень быстро.

Эйнар вытащил телефон и подмигнул мне:

— Все‑таки я сделаю из Греха капитана, минуя старшего лейтенанта.

В этот момент рядом с нами остановился микроавтобус, из которого повалили люди в черном.

— Лежать! – гаркнул мне в лицо сотрудник ОМОНа, тыча дулом автомата.

А я и так, вообще‑то, лежу, и уже начинаю подмерзать в сугробе.

Глава 7

Глава 7.

— Не, ну правда, твое зло какое‑то слишком деятельное, – майор устало потер затылок. – И хватило же фантазии найти недородственника, подсунуть ему украденную редкую статуэтку и отправить к тебе. Параллельно стукнуть в Управление. Причем в обход дракона Савина. Еще и журналистам кинуть кость – позвать на задержание особо опасной преступницы, профессиональной скупщицы краденого. Нет, ну серьезно. У кого‑то слишком много свободного времени.

— Угу, – промычала я, сползая по стеночке прямо на пол. Ноги держать решительно отказывались. Далеко не каждый день мне выпадает шанс посмотреть в дуло автомата. Да и лица, скрытые балаклавами, приступа эйфории не вызывают. – Крестный звонил. Ругался.

— Я слышал, – веско бросил Эйнар.

Пока он объяснялся с коллегами, то есть мерился полномочиями и ксивами, позвонил крестный, который буквально в последнюю минуту успел перехватить любителей сенсаций. И вежливого вопроса «Дорогая, не подскажешь, что там у вас происходит?» от него не последовало. От избытка эмоций медийник орал так, что стоящие рядом сотрудники в черной униформе с надписью «ОМОН» попятились в сторону. Что поделаешь, Евгений Ильич у нас самый темпераментный из пятерки друзей.

Конечно, всех, что называется, не заткнешь. Именно это и разозлило крестного. Если своих репортеров он смог прижать, то мелкие местечковые помоечные чайки клевали все подряд. И они уже крутились возле нас, что‑то вереща в микрофоны.

После короткого разбирательства меня подняли из снега, отряхнули и окрестили помощницей в задержании опасных преступников‑рецидивистов. В роли подсадной утки я смотрелась так же странно, как и в роли преступницы: глупо хихикала и хотела поскорее оказаться дома.

— Ничего себе сходил в отпуск, – криво усмехнулся Эйнар. – На отдых нет ни одной свободной минуты. Кстати, я что подумал… А ведь зло тебя хорошо знает.

— С чего такой вывод? – устало поинтересовалась я и на корточках поползла к пуфику. Сверху раздался одобрительный хмык, хотя я сейчас еще та грациозная кошечка.

— По замыслу ты должна была встретить недородственника в одиночестве, а не в компании симпатичного майора, – с бахвальством заявил Эйнар. – Вот какой был шанс, что ты пустишь к себе мужчину, еще когда с предыдущим мужем не развелась?

И если задуматься, то майор прав. Не то у меня воспитание, чтобы прыгать из койки в койку. Крестные мне еще в раннем детстве доходчиво объяснили, кто такие особы вольного нрава. Один привел к себе на работу и показал мне обезьянку за решеткой. Точнее, размалеванную пьяную девицу с бланшем под глазом, одетую в вызывающе безвкусные шмотки. Другой прочитал лекцию о ЗПП. Третий показал парочку статей, где рядом с пузатыми дядьками с блестящими залысинами стояли красотки. Причем дядьки были те же, а красотки каждый раз новые.