Пенрик и Дездемона. Книга 2 - Лоис МакМастер Буджолд Страница 55

Нет (тоскливый вздох), ни один чародей не может пускать огненные шары с кончиков пальцев. Оба мужчины явно были этим разочарованы.

— Хотя я весьма неплохо пускаю горящие стрелы, – добавил Пенрик. – Но это стрельба из лука, а не магия.

Нет, нет, нет – постоянными опровержениями Пенрик аккуратно увел Аделиса от гипотетических военных схем с привлечением магии – или, по крайней мере, одного конкретного чародея.

Никис задумалась, как вся эта опровергающая уверенность сочеталась с богом исключений и отбросов. Действительно скользкий, как рыба.

Ее собственные вопросы, казалось, упали на более плодородную почву. Да, чародеи-целители встречались редко. Только самые ручные и покорные храмовые демоны, которых взращивали на протяжении нескольких жизней – точнее, жизней их просвещенных седоков, – считались подходящими и безопасными для уже обученного и опытного целителя. Да, две сотни лет – необычно долгий срок для демона. Большинство новых элементалей быстро покидали этот мир, изгнанные специально призванным угодником из Ордена Бастарда или в результате какого-либо другого несчастного случая. Чем дольше демон жил, тем с большей вероятностью мог вознестись и захватить контроль над телом седока, без дисциплины которого краеугольный демонический хаос обязательно вырвется наружу и уничтожит все вокруг. Да, демоны сохраняли отпечатки личностей своих человеческих партнеров, к добру или к худу. В случае некоторых людей – определенно к худу, и несправедливо, что именно демон подвергался немедленному отлучению и уничтожению, наконец настигнутый своим богом.

Никис не знала, кому принадлежали последние слова – Пенрику или Дездемоне, – но произнесены они были с яростью.

На покачивающийся экипаж опустилась ночь, и даже говорливого Пенрика накрыла унылая усталость. Аделис изобразил на лице хладнокровную походную мину. Никис обмякла.

Они с Аделисом по очереди приваливались друг к другу, погружаясь в беспокойный сон. Пенрик крутился туда-сюда на сиденье, принимая все более неудобные на вид позы, пока наконец не задрал ноги почти к крыше и не успокоился.

Никис могла бы сделать путешествие более комфортным, если бы оно было запланированным и проводилось в подобающей секретности, а не представляло собой лихорадочное бегство от наступающих на пятки преследователей. Если бы желания были лошадьми, как пелось в одной старой детской песенке. Новое средство передвижения, вот чего она будет страстно желать, когда они доберутся до Скироса.

Где у них кончится время, деньги, силы… все.

* * *

Они прибыли в Скирос на закате следующего дня. Наконец выбравшись из экипажа, Никис подумала, уж не так ли чувствовал себя Пенрик, покинув бутылочную темницу. В дешевой и неопрятной гостинице им удалось снять лишь одну комнату, но в ней была вода, чтобы умыться, и неподвижная, ровная кровать, чтобы на нее упасть. Хозяин притащил тонкий шерстяной матрас, который можно было положить на пол. Поморщившись, Пенрик мимоходом избавил матрас от ползучей, кусачей живности, заодно проведя рукой и над кроватью. Никис и Аделис заняли кровать, Пенрик – матрас. У Никис кружилась голова, синие глаза Пенрика затуманились от усталости, а невозмутимость Аделиса постепенно переходила в оцепенелость. Грозила им опасность или нет, они должны были поспать несколько часов.