Ворон из рая - Тисато Абэ Страница 56

— Хочу прояснить один момент. Хакурику-ко действительно не имеет отношения к исчезновению его отца?

— Как мне говорили, нет.

«Зачем он задает такой вопрос?» – подумал Ёрито. Заметив его выражение лица, Тихая помрачнел.

— Ты вообще понимаешь, в каком положении сейчас находишься?

Не поняв, чего от него хотят, юноша не смог ответить сразу. Взгляд Тихаи совершенно не выдавал, что у него в голове.

— В словах этого человека есть логика. Неважно, связан ли Сэссай с исчезновением отца, но, раз Хадзимэ узнал о Ямаути, хотя изначально рассказывать ему не собирались, его могут убить. Вот я и спрашиваю тебя: что ты думаешь делать при таком развитии событий?

От подобной прямолинейности все внутри Ёрито похолодело.

— Это невозможно! Хакурику-ко неспособен на варварство!

Прежде всего, если люди, имеющие отношение к горе, продолжат исчезать, это неизбежно вызовет подозрения в человеческом мире. Хакурику-ко не настолько глуп, чтобы не предположить, что из-за этого вести дела станет еще сложнее.

— Хакурику-ко рассчитывает на быструю и справедливую сделку. Он не получит никакой выгоды, если причинит вред господину Хадзимэ.

Он уже думал об этом после разговора с Тоби, но сейчас Ёрито еще больше разозлило, что все вокруг почему-то сомневаются в Хакурику-ко.

— Хорошо, если так, – неожиданно бросил Тихая.

Юноша только собрался что-то сказать, как снизу лестницы раздался задорный бой барабана. Следом послышались легкие торопливые шаги, и из лестничного проема вдруг высунулось лицо без переднего зуба.

— Еда готова!

Разбудив Хадзимэ, они спустились, где наткнулись на толпу. В основном это были старики и ятагарасу с увечьями: без рук или ног, бодрыми выглядели лишь дети. Слившись с потоком, через какое-то время они вышли в просторное помещение, похожее на большой зал.

Горящие факелы на необработанных каменных стенах заливали ярким светом все вокруг. В центре стоял котел, настолько огромный, что трое взрослых, раскинув руки, с трудом могли его обхватить. А рядом еще один, поменьше, как раз для одного человека.

— Эй! Без очереди не лезть, вставайте в ряд!

По указанию Кумы все выстроились, держа в руках тарелки, и половником накладывали себе столько, сколько собирались съесть. Когда Тихая, Ёрито и Хадзимэ встали в очередь, к ним мелкими шажками направился один из взрослых, по всей видимости наблюдавший за раздачей еды.

— Эй, Тихая! Это и есть тот самый новенький?

— Сандзи!

Так Тихая назвал мужчину с протезом вместо правой голени. На вид ему было за пятьдесят. В волосах заметно пробивалась седина, а левую щеку пересекал большой шрам – явно след глубокой раны. С суровым видом и нескрываемой тревогой он бросил взгляд на меч, висевший у Ёрито на поясе.

— Тоби сказал, что разрешил им здесь пожить, но так легко это не решается. Ты, брат, из Алых Шнуров, верно? – кивнул он в сторону Ёрито. – Твои ребята извне опять собираются уводить детей?

В голосе Сандзи звучало отчаяние. Вокруг поднялся приглушенный ропот.

— Это недоразумение! – взволнованно воскликнул Ёрито.

— Идите за мной, – указал Сандзи в сторону скалы.

— Хотя главарем здесь считается Тоби, в действительности всем распоряжается этот старик, – шепнул Тихая, наклонившись к юноше.

Тот потянул растерянного Хадзимэ за собой, вывел его из очереди и, отойдя за угол с мужчиной, назвавшим себя Сандзи, начал объяснять: