Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3 - Жоубао Бучи Жоу Страница 57

— Хм, эти слова звучат довольно разумно… Славно, что вы трезво оцениваете свои силы, – протянул он и повернулся к свите. – Ладно, поступим вот как. Слушайте Наш приказ: запереть все ворота, а на все дворцовые стены и ограды наложить опечатывающие заклятия, чтобы даже муха не пролетела.

Владыка сплюнул на землю виноградную косточку, которую все это время держал во рту, и зловеще добавил:

— Посмотрим, куда они теперь денутся!

Мо Жань с Чу Ваньнином бежали очень быстро, и вдобавок на территории дворца было много извилистых галерей и запутанных проходов, так что они очень скоро оторвались от призраков-преследователей и укрылись в одном из узких темных проулков. Чу Ваньнин, будучи бесплотным духом, после долгого бега не ощущал усталости, зато Мо Жань в живом теле из плоти и крови, пользуясь передышкой, привалился к стене и стал отдуваться.

Чу Ваньнин выглянул наружу из проулка и удрученно отметил:

— Он опечатал весь дворец.

В очередной раз шумно выдохнув, Мо Жань беспечно махнул рукой.

— Ничего страшного, учитель. Как только ваша душа окажется внутри фонаря призыва души, мы тут же вернемся в мир смертных, и Четвертый Владыка не сможет нам помешать.

Чу Ваньнин кивнул в ответ, однако по его хмурому лицу было видно, что его почему-то все еще обуревало беспокойство.

Не обращая на это внимания, Мо Жань достал фонарь и прочитал заклинание, но золотистый свет лишь вспыхнул пару раз и тут же погас, а дихунь учителя как ни в чем не бывало осталась стоять рядом.

— В чем дело? – удивился Мо Жань. – Почему не получается?

Тревога еще отчетливее проступила на лице Чу Ваньнина, и он со вздохом пояснил:

— Как я и думал, заклятия перемещения здесь не действуют. Боюсь, чтобы вернуться в мир живых, нам сперва нужно выбраться из этого дворца.

Услышав это, Мо Жань упрямо закусил губу. Его глаза сверкнули решимостью.

— Я в любом случае вытащу вас отсюда, учитель, – хрипло произнес он после долгого молчания.

— И тебе стоит поспешить, – заметил Чу Ваньнин, искоса взглянув на него. – Конечно, дворец огромен, и призрачной страже будет сложно нас найти, однако здесь не добыть ни воды, ни пищи. Мне все это не нужно, а вот ты долго не продержишься.

Мо Жань только улыбнулся:

— Я легко смогу перенести голод. С детства привык.

Дождавшись, когда шум кругом стих, они покинули убежище и двинулись вперед по пустынной каменной мостовой. Ледяной лунный свет струился с небес на фигуры двоих идущих рядом путников, один из которых отбрасывал тень, а другой – нет.

— Учитель, – нарушил тишину Мо Жань.

Чу Ваньнин молчал.

— Тогда, у ворот, я вел себя с вами неподобающе. Простите меня.

Чу Ваньнин на миг застыл от изумления, а потом опустил ресницы, и его взгляд заметно похолодел:

— Ничего страшного.

— Положение было столь отчаянным, что я и словами… Тоже мог обидеть вас. Простите меня и за это.

Чу Ваньнин ничего не ответил.

— И настаивать, будто вы уже связали себя клятвой верности, тоже было в корне неправильно. Простите, пожалуйста.

Чу Ваньнин вдруг остановился и ледяным тоном поинтересовался:

— И долго еще ты намерен сыпать извинениями? Не можешь сказать что-нибудь другое?

— Другое? – растерянно переспросил Мо Жань.

Он добросовестно задумался на пару мгновений, а потом с осторожностью попробовал: