Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Фирсанова Страница 574

Кто ищет, тот всегда найдет! Перед Элией забрезжила туманная догадка.

«А, была не была!» – отчаянно решила принцесса и пустила в ход свое смутное знание эндорских обычаев. Богиня послала Кэлберту мысленную просьбу: «Ничему не удивляйся и подыгрывай мне во всем! Идет?» Пират едва заметно кивнул, показывая, что все слышал и согласен.

И Элия начала концерт, возопив в точно такой же заунывно-пронзительной тональности, как недавно Зулар, но руками подергивать не стала, опасаясь допустить какую-либо неточность:

— О любезный суженый мой, готова идти за тобой всюду! Судьба моя – твоя судьба! Твое дыхание – мое дыхание до конца дней и за их кромкой!

Принцы при этих словах начали сильно нервничать и подбирать подходящее оружие для расправы с женишком, рука же Нрэна уверенно легла на рукоять знаменитого двуручного меча. Боги просто не в состоянии были представить себе разлуку с сестрой, а то, что она могла влюбиться в недоумка-кочевника, казалось лоулендцам каким-то страшным сном. «Нет жениха – нет проблемы», – шустро решили принцы за секунды, что длилась первая фраза принцессы.

Но затем последовало продолжение, озадачившее братьев богини еще больше.

— Так сказала бы я еще недавно, но Рок или Силы рассудили иначе. Другой стал моим избранником. – Принцесса ткнула в грудь Кэлберта, дабы у Зулара не возникло никаких сомнений в персоне, которой отдали предпочтение. – Тот, с кем прошла я испытание пустыней, не брав ни крошки пищи в течение семи дней. Двое свидетелей сего путешествия перед тобой. Ныне очистились мы от грязи земной!

Чистюля Энтиор с сомнением оглядел грязные волосы и пыльное лицо сестры, на котором яркими звездами горели серые глаза, но оставил сомнения насчет «очищения» при себе.

— И стали ясны и чисты все наши помыслы, и открыт путь, что прежде скрывала пелена миражей. Он супруг мой перед лицом пустыни, и даже смерть не в силах разлучить нас, повенчанных бурей песка.

С этими словами принцесса приникла к пирату, обвила руками его талию и с нежной любовью посмотрела в слегка расширенные от изумления карие глаза. Тот, мигом сориентировавшись в благоприятной ситуации, крепко обнял невесту-самозванку и закрыл ей рот долгим и страстным поцелуем.

Ослепленный болью, но верный обычаям родины Зулар поник, словно сломанный бурей цветок, однако нашел в себе силы горько сказать уже совершенно обычным тоном, без всяких нелепых завываний:

— На все воля Десяти Ветров. Видно, Мать Семи Пустынь наказала меня, поманив несбыточной надеждой и любовью за то, что не раз отвергал я страсть женщин, деливших со мной шатер.

Встав с колен, эндорец вышел из зала, пошатываясь, словно слепой, на ходу вырывая из косиц и бросая наземь яркие свадебные бусины.

— Так! – скрестив на груди мускулистые руки, грозно сказал Лимбер, когда за неудачливым женихом закрылись створки дверей. – И кто же этот твой жених, доченька? Просвети нас, где ты его подцепила?

Принцы плотно обступили Кэлберта и Элию, совершенно игнорируя Мелиора и оттеснив в сторону герцога, словно предмет меблировки. К досаде Элегора, даже Энтиор не удостоил его, как обычно, гневным, брезгливым или презрительным взглядом.

— Какой жених, папа?! Мы-то ведь не живем по законам пустыни! – лукаво улыбнулась принцесса, отрываясь от губ пирата. – Это мой брат и твой сын, кстати. Позвольте представить вам, высокие лорды, великого и ужасного пирата Кэлберта, грозу океана Миров собственной персоной.