Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь Страница 6

Мои брови взлетели вверх.

— В битву? Очень сомневаюсь. Полагаю, мы просто будем выполнять ее приказы, вот и все.

— Думай что хочешь, но небеса истекают серебром. Губитель Мира мертв, а Рука Раширима превратилась в слепых безвольных прислужников, словно стая избитых гончих. Извечное правило – когда крупный игрок покидает поле, суждено взлететь кому-то другому, и угадай, кто только что это сделал?

Я сглотнул, тревога обожгла мне горло. Этот бездушный, грубый тролль так радовался всему, что я сделал, что я почувствовал себя комком грязи на сапоге. Я снова и снова напоминал себе, что у меня не было выбора. Тедар понятия не имел, что моя воля – это воля Нисмеры. Я покачал головой, а тролль продолжал воодушевленно болтать.

— …должен сказать, это такое облегчение. Никто и подумать не мог, что однажды он умрет. Должно быть, ты до сих пор не можешь в это поверить. Ты это сделал. Ты смог.

У меня скрутило живот. С того самого дня я избегал смотреть на небо, особенно по ночам – казалось, он смотрит на меня сверху, издевается и мучает, выпытывая ответы, которых я не мог дать. Моя грудь сжалась, и огромный зал внезапно стал невыносимо тесным.

— Теперь я служу своей королеве и следую ее воле. Во всех мирах не существует никого могущественнее Нисмеры, – повторил я.

Тедар наклонился вперед, едва не проткнув меня своим большим сколотым бивнем, и ухмыльнулся.

— Я слышал кое-что другое.

Моя бровь слегка дернулась, и я оглядел комнату, заметив несколько генералов, которые пристально смотрели в нашу сторону и тихо переговаривались между собой.

— И что же ты слышал?

Тедар наклонился еще ближе и перешел на едва слышный шепот.

— Многие об этом говорят, а после той резни на Востоке не осталось никаких сомнений.

Я в недоумении поморщился, не понимая, о чем он.

— Восток? Что произошло на Востоке?

— У Губителя Мира была возлюбленная – настоящая возлюбленная, а не простая интрижка, как раньше. Говорят, она – зверь, созданный из пламени и ненависти, и она последует за вами. Его зверь. Девушка-Иг'Моррутен.

Дианна. Он имел в виду Дианну.

Я кивнул и выпрямил спину. Тедар продолжал что-то говорить, но все звуки и шум отступили на второй план.

Невероятная сила исходила от двери в зал. Та же сила, которую когда-то источал Унир. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы знать наверняка – это был Самкиэль, прислонившийся к дверному косяку. Я потер запястье и покачал головой.

— Оставь меня.

— Разве можно так разговаривать с будущим королем?

Я услышал в его голосе беспокойство.

— Будущим. Тебе все еще нужно превзойти своего отца.

Тяжелые шаги его ботинок эхом разнеслись по залу. Его тело покрывали боевые доспехи, за спиной развевался покрытый древними символами плащ. Тот самый плащ, который надевал его отец на каждое чертово заседание Совета.

— Почему ты позволяешь ей…

Я перебил его на полуслове, развернувшись к нему лицом.

— Я ничего ей не позволяю.

Слегка прищурившись, Самкиэль внимательно посмотрел на меня и произнес:

— Ты можешь присоединиться ко мне и Логану. Мой отец хочет, чтобы у меня был свой собственный королевский страж.

Я презрительно фыркнул, глядя на развевающиеся у открытого окна шторы.

— Я отказываюсь, будущий король.

— Почему ты отвергаешь мою помощь?

Я взглянул на дверь, словно она могла наблюдать за мной даже здесь.