Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу Страница 60

Я уже начал приподнимать голову, чтобы поскорее сползти с трупа, когда меня обдало каким-то ароматом, и руки мертвой женщины резко обхватили мою шею. Я был так ошарашен, что все тело окаменело от ужаса.

Со стороны трупа в доспехах послышался странный лязг. Я запаниковал и мысленно завопил: «Эй, братан, не пойми неправильно! Я вообще не собирался приставать к твоей женушке – она сама меня не отпускает!» Повернув голову, я взглянул в сторону второго трупа и выдохнул с облегчением. Оказалось, на пол просто упала часть его доспеха, которую придерживал стянутый ремень. Оставалось порадоваться, что в объятиях меня сжимал труп женщины, а не монстр по соседству, иначе я бы точно штанишки намочил.

Пролежав неподвижно еще секунд десять и убедившись, что труп больше не шевелится, я попытался потихоньку пролезть под ее руками, но тут же обнаружил, что руки двигаются вместе с моей шеей. Когда я наклонялся вперед, мертвая женщина тоже наклонялась, отклонялся назад – она делала то же самое. Тогда я набрался храбрости и резко поднял голову, думая, что просто вырвусь из ее объятий, а потом откачусь в сторону. Однако ее хватка оказалась настолько сильной, что я потащил за собой все ее тело, которое тут же приняло сидячее положение. В движении губы женщины слегка приоткрылись, и я увидел, что у нее во рту что-то лежит.

20. Ключ

Опустив глаза, я разглядел медный ключ, украшенный какой-то необычной жемчужиной темно-зеленого цвета. Не уверен, какая именно это была жемчужина, просто я помнил, что в древности покойникам часто клали в рот жемчуг для остановки гниения. Кто знает, вдруг, если я сейчас вытащу ключ, этот симпатичный труп, и за тысячу лет не утративший своей красоты, тут же превратится в высохшую мумию? На такой риск я пойти никак не мог. Да, в неловкую ситуацию я вляпался. Мне что, теперь таскать мертвую женщину с собой?

Пока я пребывал в сомнениях, откуда-то издалека послышались крики. Подняв глаза, я увидел, как одна из лиан протащила неистово вопящего человека мимо семи или восьми веток подряд, ударяя его о них лицом, а потом подвесила прямо у меня над головой. Им оказался не кто иной, как треклятый Толстяк. Судя по всему, он все-таки не устоял против лиан и его постигла та же судьба, что и меня, притом избит он был гораздо серьезнее. К счастью, голову ему не размозжило.

Повиснув, он тут же принялся ругаться:

— Ну и сильные же эти дурацкие лианы!

Затем он заметил меня, обалдело вытаращил глаза и поинтересовался:

— Эй, юный товарищ, и когда ты успел зазнобу найти?

Мне хотелось плакать и смеяться одновременно. Не осмеливаясь громко говорить, я махнул ему рукой и ответил:

— Да она мертвая! Лучше придумай, как мне освободиться!

— А-а-а, – протянул Толстяк, дернул в воздухе задницей и добавил: – Сперва ты помоги мне спуститься!

Я бросил ему меч. Толстяк поймал его и, извернувшись, принялся перерезать лиану. Поначалу я не подумал о возможных последствиях, а когда сообразил, было поздно. Я хотел крикнуть Толстяку, чтобы он не торопился обрубать лиану, но он уже с пронзительным воплем рухнул вниз, прямо на труп в доспехах. От удара с головы мертвеца слетела маска. Я вытянул шею, чтобы взглянуть на лицо, которое под ней скрывалось, но Толстяк повернулся ко мне и заорал: