Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон Страница 60

В считаные минуты силы Культивации приступили к штурму дворца, высеченного в скале на вершине города. Вражда задрожал, впервые с момента Вознесения ощутив панику. Как и любая эмоция, она всколыхнулась в нем сильнее, чем доступно любому смертному, вызвав дрожь и оторопь.

Рядом появилась Культивация:

— Я не причиню им вреда, если ты согласишься отступить.

— Ты… – вымолвил Вражда, и в нем разгорелся гнев. – Ты чудовище!

— Я делаю то, что необходимо.

В ответ он засмеялся, а на глаза навернулись слезы боли, поскольку он сотворил эту аватару способной к реакциям смертного. Бури внутри силы, изменения ритмов являлись признаками куда более ужасными, и все же слезы были ему знакомы.

Столько эмоций! Он сопротивлялся им, и в этой борьбе объединились смертная выучка и божественный разум. Предательство, страх и… и удовлетворение.

— Культивация, ты пользуешься моими методами, – прошептал он. – Тебе ведом истинный путь королей.

Ее аватара не желала смотреть ему в глаза. Ее войска ворвались во дворец, и некоторые люди из прислуги… оказались ее подсадными. Они сдали нападавшим дочь и внуков Таравангиана, которых вскоре заперли в их же покоях. С готовыми нанести удар убийцами.

— Ты бы действительно это сделала, – сказал Таравангиан. – У тебя все же был другой план! Ты выбрала меня не просто потому, что заподозрила во мне способность удержать силу Вражды. Ты выбрала меня, потому что решила, что сможешь меня контролировать!

— Я так не думаю, Таравангиан, – возразила она. – Я знаю, что в этом мире есть всего одна вещь, когда-либо по-настоящему волновавшая тебя. Теперь она у меня в руках. Отступись. Пойди к коалиции людей и согласись на немедленное перемирие. Отдай Холинам их королевство и удовольствуйся теми землями, которыми уже владеешь. Они в любом случае больше твоей доли. Заключи мир.

— А что может вырасти из мира? – спросил он, содрогаясь от груза эмоций. – Признайся, Культивация. Ты позволяла войнам длиться тысячелетиями и не призывала к миру, потому что конфликт не только разжигает эмоции, но также провоцирует рост. Намерение твоей силы.

Ее аватара дерзко вперила в него взгляд, но он ощущал дрожь ее силы. Да. Ей нравилась война. Драконица ненавидит страдания, но она лишь Сосуд. Ее сила же обожает все, что побуждает живущих учиться, становиться лучше и достигать целей, а эти процессы часто ускоряет конфликт.

— Сейчас ты вынуждаешь меня заключить мир, – сказал Вражда, – не потому что хочешь положить конец противостоянию, а потому что не хочешь, чтобы твой выбор, кому Вознестись, оказался неверным.

— Ты не знаешь моих глубинных желаний.

— А ты, Коравеллиум Аваст, не знаешь, что сотворила, – вздохнул он. – Я больше не сомневаюсь. Я знаю, что мой путь верен, и потому в каждой точке следующий шаг ясно проявлен. Мои трудности уже не в принятии решений, а всего лишь в обретении силы для их воплощения.

В океане в нескольких милях от Харбранта начала подниматься волна.

— Таравангиан, – сказала Культивация, – что… что это?

— Это… урок, – прошептал он, и внутри него всколыхнулась глубочайшая печаль, пока волна нарастала. Все больше и больше.

Культивация ахнула, завибрировав от ужаса.

— Таравангиан! Нет! Ты не можешь!

— Я буду плакать, – прошептал он. – Знай, что я буду плакать.