Я, ужасающий - Кейтлин Розакис Страница 62

— Что ж, посмотрим, как далеко ты продвинулась, – сказал он Элише.

Она вздернула подбородок, провоцируя Гэва на критику.

— Я только начала складывать листы в стопки, как ты сказал.

— Но?

Гэв приподнял бровь, разглядывая заваленный стол, на котором определенно реализовывался куда более сложный организационный план, чем оговаривалось.

Отсутствие осуждения несколько сбило девушку с толку. Интересно, как часто ее критиковали дома?

— Но некоторые бумаги явно в беспорядке, и я решила, что будет лучше попытаться сгруппировать их.

Интересно. Он наклонил голову к плечу.

— И как ты определяешь, что куда?

— Ну, э, для начала, по почерку. Вот эти три листа, в завитушках, точно идут вместе, и других таких нет. – Она подняла один комплект.

Гэв нарочито небрежно взял другой.

— А эти?

— Я… – Элиша сглотнула. – Я не знаю. Просто такое ощущение, что они связаны. Неважно.

Она снова начала складывать все стопки в одну.

— Нет-нет, ты права. – Гэв внимательно посмотрел на нее. – Знаешь, похоже, у тебя есть определенные способности к магии.

— Правда? – невольно вырвалось у нее.

— Правда.

Она улыбнулась, и это, пожалуй, была первая искренняя улыбка, которую он видел на ее лице. Милая улыбка, менее изысканная и более озорная, чем можно было ожидать. Гэв вдруг с удивлением осознал, что ему не терпится учить кого-нибудь. Это ведь тоже будет почти как начать сначала, в некотором смысле.

Зеркало под завесой замерцало.

— О нет, – простонал он. – Только не Зарконар.

— Кто такой Зарконар? – спросила Элиша.

Гэв привык к тому, что он в кабинете один. Еще один промах. Он подкрался к зеркалу.

— Если распределить магов по шкале от «катается на единорогах и беседует с ангелами» до «ест на завтрак живых детишек», Зарконар окажется куда ниже, чем я, потому что он, наверное, содержит сиротский приют с бассейном с морской водой, чтобы детей ему привозили уже просоленными. Держись вне поля его зрения. О, и прихвати Грррибитла.

Вообще-то Гэв и сам был не прочь присоединиться к ним.

Но когда он добрался до зеркала и потянул ткань, то понял, что свечение не совсем такое, как раньше. Он задумался. Это не Зарконар, не Валевна – так что же, значит, остается Ксаксус?

Обуреваемый дурными предчувствиями и заранее сожалея, он сдернул тряпку и сел. По крайней мере, теперь он лучше представлял, как держаться, когда установлена связь.

Но это не означало, что он готов к разговору.

На него уставились чудовищные глаза. Нет, не пара. Куда более полный комплект. Средние, самые большие, с черными-пречерными зрачками, представляли собой огромные кольца. Вокруг них располагалось несколько глаз поменьше, серебристых, с темными ободками, все разных размеров. А еще видение лучилось зыбким белесым светом.

— Ох! – Гэв невольно отшатнулся, опрокинув табурет, но сам каким-то образом ухитрился остаться в вертикальном положении, не грохнувшись навзничь, что потребовало множества сил и лишенных всяческого достоинства телодвижений.

— Ах! – откликнулось видение, тоже отскакивая. Внизу появились яростно размахивающие руки.

Руки послужили ориентиром, а увеличение дистанции помогло лучше сфокусироваться. Нет, за стеклом был не монстр, а человек. Человек с причудливым набором линз на физиономии. Мощные линзы на глазах объясняли, почему эти глаза были так искажены, когда человек подался к зеркалу. Объяснения остальному Гэв придумать не мог.