Арахнид - И. В. Офелия Страница 67

— А. – Ее плечи поникли, и она уставилась на мою протянутую руку. Девчонка боролась с собой где-то минуту, прежде чем взяла мою ладонь. – Эдит… эм… целительница по найму.

— Вот и отлично. – Я похлопал ее по макушке, прикрытой косынкой. – Молодец, мисс католичка, завела друга.

Эдит смущенно улыбнулась мне, все ее сомнения растаяли, как масло. Крошка похвалы – вот и все, что потребовалось, чтобы завоевать доверие одиночки.

— Теперь, когда мы друзья… – Я поправил косынку у нее на голове. – Может, ты поможешь мне с кое-какими делами после работы?

— Только если ты поможешь мне во время смены.– Она нахмурилась.– И! И если будешь делать все, что я скажу, пока мы не закончим.

— Ах, я, возможно, подумаю об этом, если ты одолжишь немного спинномозговой жидкости. Я даже могу сделать забор сам. – Я подмигнул.

— Спинномозговой жидкости?

— Она весьма вкусная, очень питательная. Тебе стоит попробовать.

— Я лучше продолжу пить кровь.

— Что ж, в таком случае мне больше достанется.

Предрассветный час был куда ласковее той непроглядной тьмы, что царила после полуночи. Солнце еще не поднялось, но небо уже заливали глубокие, бархатные тона – фиолетовые и синие, предвещающие рассвет. Самое время для прогулки.

— …а потом он насадил их на колья! Я и не думал, что он действительно сделает это, но, клянусь Богом, сделал! – рассмеялся я.

— Это не смешно! – Эдит ударила меня по руке.

— Если учесть, что это была просто пьяная шутка после литров медовухи, то это было чертовски смешно. – Я сделал еще глоток из бутылки, найденной в одном из кабинетов врачей.

Мы гуляли по парку поблизости. Город еще не проснулся, как и небо. Я по-прежнему видел звезды.

— Смотри, Эдит. – Я положил ладонь ей на макушку, слегка откинув ее голову назад, чтобы она взглянула вверх. – Полная луна.

— Ох, – выдохнула она, широко раскрыв глаза от чуда на небе.

Луна в этот колдовской час была больше, чуть ближе, чем обычно.

— Должно быть, мы застали ее в особую ночь.

— Да, – сказала она и откашлялась.

Когда я взглянул на нее, Эдит уже смотрела на меня своими грустными глазами.

— Что такое?

— Это была шутка, когда ты сказал, что мы друзья? – Я видел, как дернулась ее губа. Голова повернулась под моей ладонью, когда Эдит посмотрела на меня.

— Нет, с чего бы мне так шутить?

— Ты выдаешь много несерьезных замечаний. Я не уверена, когда ты искренен.

— Тогда давай поговорим о чем-то более серьезном, – сказал я, пока мы шли по тропинке у пруда. Когда приблизились к скамейке, я смахнул снежный налет с сиденья, сел и похлопал по месту рядом с собой.

— О чем ты хочешь поговорить?

— Расскажи мне о себе. – Я взял у нее бутылку и отпил. – Расскажи, как стала монахиней. Полагаю, ты больше ею не являешься.

— Я не монахиня. – Она села и нервно потерла руку. – Я служила там как сестра, но потом стало как-то неправильно продолжать.

— Тебя превратили в твоем монастыре?

— У меня не было монастыря. Я служила при своей церкви. Это случилось в ночь перед тем, как я должна была отправиться на службу. – Она вздохнула. – Я помню, как шла через двор в ночь, очень похожую на эту. Помню луну, знак надежды. – Эдит погрузилась в воспоминании. – А потом следующее, что помню, – я проснулась под землей. Мне потребовалось три дня, чтобы выкопаться.