Собственность Верховного бестиара - Марина Эльденберт Страница 70

— Что ты сделал с Юралом? – слова сами сорвались с губ. Несвоевременные и опасные, но и Богдан сейчас был опасным. Таким я его не знала, ни разу он не смотрел на меня так, жестко и тяжело, будто одним взглядом вдавливая в пол. Бездна тут даже была ни при чем, это был он.

— Сядь, – скомандовал бестиар и, когда я не подчинилась, добавил жестче: – Я сказал: сядь, Алина.

Повозка сорвалась с места, стоило мне выполнить приказ, а он опустился напротив меня. Крылья его носа стали острыми и хищными, когда Богдан произнес:

— Сбежал твой Усольцев. Сбежал и спрятался.

Облегчение, которое я почувствовала в этот момент, смешалось с горьковатым чувством. Я лишь недавно подумала о том, что бесполезно что-то доказывать тем, кто уже в уме тебя обвинил и зачитал приговор, Богдан же выглядел именно так. Смотрел на меня в точности так же.

— Это было недоразумение, – повторила я. Еле слышно. – Между мной и Юралом ничего нет.

— С чего ты взяла, что меня это волнует?

Я вздрогнула, будто он меня ударил. Диванчик, такой мягкий и комфортный, показался жестким, как грубо сколоченная лавка. Да и все вдруг потускнело, даже солнечный день за окном.

— Я сказала это, потому что сочла нужным, – произнесла, спокойно выдерживая злой взгляд. – Потому что это правда. Прости, если для тебя эта правда излишняя.

Богдан продолжал холодно и жестко смотреть на меня, и я все-таки отвела взгляд. Отдернула занавеску, чтобы посмотреть на проносящиеся мимо пейзажи. Гораздо более стремительно проносящиеся: кажется, назад мы летели еще быстрее.

— Как ты открыла дверь? – снова резко спросил он. – Не смей отворачиваться, Алина, когда я с тобой говорю. Смотри на меня!

— Не приказывай мне! – я сама не поняла, как повысила голос. Просто сорвалась, наверное. Добавила тут же уже спокойнее: – Я ни в чем перед тобой не виновата. Не надо со мной так говорить, Богдан.

— Как ты открыла дверь?

Он словно меня не слышал.

— Не знаю. Твои руны не сработали, наверное.

— Мои руны не могли не сработать.

Если до этой минуты он смотрел на меня просто как не оправдавшую его доверие, то сейчас в глазах его сверкнуло нечто иное. На миг вспомнились слова Марики про Милена, и стало невыносимо холодно. Случись мне правда оказаться на его месте, на месте моего лучшего друга, случись этой нулевой магии открыться во мне, что бы сделал Богдан? Утром я точно знала ответ на этот вопрос. Точнее, знала, что он не причинит мне вреда. Но сейчас…

— Она просто открылась. Я ничего не делала.

— Протяни руку.

На этот раз я не стала даже спорить, просто выполнила приказ. Руны, которые он начертил, легли на мою кожу, впитались в нее, и… ничего не произошло. Они просто померцали и погасли.

— Обычная минусовая, – задумчиво произнес он.

«А ты чего ждал?» – захотелось закричать мне. Но я, разумеется, подавила эту совершенно бесполезную вспышку. Тем более что и чувства внутри словно окунули в ледяную прорубь в разгар зимы. Я никогда не строила иллюзий, как, наверное, считали все в моей родной деревне о том, что Богдан будет со мной вечно. Я не ждала от него подарков, какого-то особенного отношения, не собиралась оставаться рядом, когда он захочет создать семью, как Ольга была рядом с Михаилом. Но все же сейчас было невыносимо горько и больно осознавать, что я для него всего лишь… игрушка. Да, интересная, но все же игрушка. Пока что любимая. Просто Михаил игрушки брал силой и ломал, а Богдан о них заботился. Наверное, не будь этой проруби в груди, я бы все же заплакала, от невыносимой боли. Но прорубь была, и она охлаждала. Не позволяла погрузиться в это с головой. Не позволяла сойти с ума от мысли, что Милена больше нет, и что его убил Богдан.