Клятва и клёкот - Диана Чайковская Страница 73

Сбоку пробежала звериная тень. Дербник повернул голову. Алая калина, громадный дуб и колючие кусты шиповника, обнимавшие корни дерева. Может, морок или мавка?

— Не смотри по сторонам, – одернула его Зденка. – Едем в сторону гор, а дальше видно будет.

Понять бы еще, где горы.

— Ты можешь обернуться и взлететь? – с сомнением отозвался Дербник. Он не думал, что Зденка согласится – скорее попросит его, а сама останется наедине с княжной.

— Да. Я взлечу и погляжу.

Зденка спрыгнула, привязала свою кобылу рядом с Березником и начала скидывать рубаху. Дербник отвернулся. Впрочем, смущало его не голое тело, а резкая перемена. Зденка не пыталась его поддеть, ехала почти молча и помогала княжне. Это было странно и пугающе, словно что-то переломилось у нее внутри. Может, вина? Или у них с Пугачом был хитроумный задум, который так просто не разгадать.

Когда хрустнули кости и раздался крик, полный боли, Дербник не выдержал и обернулся. Зрелище было… отвратное. К такому не привыкнешь. Кожа морщилась, кости становились меньше, девичье лицо перетекало в птичье, обрастая пухом и коричневыми перьями. Еще миг – и на месте Зденки топталась сипуха, прислушиваясь к шелесту деревьев. Дербник по себе знал, как оно бывает: сразу после обращения ты чувствуешь мир острее, ближе. Каждый отголосок отдается в ребрах, каждую тень ловят зоркие глаза.

Сипуха – о, хотел бы он называть ее так чаще! – раскрыла крылья и взлетела. О, это было хорошо! Дербник знал: ветер приятно щекотал перья, пьянил и звал за собой, мол, попляши, порезвись, раскройся и закружись так, словно тебя ведет сам Стрибог. Эх, самому бы удариться о землю и подняться ввысь соколом, да только кто позаботится о Марье?

А еще Дербник прекрасно знал: уж его-то обращение княжне не стоит видеть.

Зденка взмыла над кронами, превратилась в темное пятнышко, сделала круг-другой и громко ухнула.

— Увидела, – уточнил Дербник.

Зденка мягко опустилась на землю, потопталась на месте и поднялась, чтобы вдариться. Как только ее тело начало меняться, Дербник отвернулся. Марья осталась смотреть. Что ж, пусть. Все равно с утра не ела.

Снова треск, громкое уханье. Какой же страх переживает княжна! Дербник ощутил дикое желание закрыть ее собой, прижать к груди, но… Э, наверное, и в нем что-то переломилось, раз понял: у Марьи все же хватит мужества пережить это.

— Фу, – выдохнула Зденка. – Чтоб вас всех нави похватали, как же больно!

— Тише! – осадил ее Дербник. – Забыла, где мы?

Лес словно захохотал. Волна ветра прошлась вдоль крепких стволов и заставила их поежиться. Могильный холод, иначе не назовешь. Да и земля тут под стать: мокрая, взрыхленная, без пестрого покрывала из листвы. Подходящая для домовин.

— Хортынь близко, – Зденка отряхнула рубаху. – Скалы чуть дальше. Если здешний хозяин не спутает дорогу, к вечеру проедем половину.

— Может ли он пропустить других? – Марья призадумалась. – Я бы не хотела потеряться или потерять вас.

Лучше бы не пропустил. Дербник боялся представлять, что с ними сделает княжеская дружина.

— Хозяин делает все что хочет, – он с силой сжал поводья. – Мы можем лишь надеяться на его милость.

Пожалуйста. Хоть бы позволил им пройти и помешал погоне. Боги, пусть так и будет!

— Едем? – Зденка проверила, надежно ли закреплены тул и налучье, затем запрыгнула в седло.