Пленники белых ночей - Ирина Ширяева Страница 76

Прошло меж тем около получаса. Морелли не отвечал.

Воодушевление и вера в успех сменились кислым разочарованием.

Может быть, итальянец все-таки ответит завтра днем?

Или вообще не ответит. Что теперь казалось наиболее вероятным и логичным.

Потому что у глобальных поисков не бывает быстрых и счастливых находок. Они тянутся долго и нудно. Материал собирается по крупицам, а в конце…

И тут брямкнул сигнал. Пришло сообщение.

Лиза и Митя впились глазами в экран и прочитали:

«Уважаемая княжна Елизавета!

Ваша матушка действительно находится на моей вилле.

Когда-то я выстроил эту виллу специально для нее и назвал “Забвение”, чтобы княгиня обрела здесь душевный покой и отдых от всего ранее пережитого.

Но, несмотря на мои увещевания, она хочет прямо сейчас поговорить с Вами.

Только – умоляю! – пусть разговор будет недолгим. И постарайтесь сильно не волновать матушку, хотя, понимаю, это трудно.

Княгиня Софи очень больна, и всякое общение для нее чрезвычайно утомительно.

Искренне Ваш,

Паоло Морелли

Мой видеоадрес…»

Митя и Лиза переглянулись и одновременно просияли. Получилось! У них все получилось на ять!

Недолго думая, Митя пошел по ссылке, и ребята затаили дыхание.

После некоторой заминки на экранчике телефона появилась вполне ожидаемая Митей вторая, но заметно поблекшая Лиза.

Нет, разрушительное время не отняло ее красоты и не наградило приметами своего быстрого бега. Но они увидели женщину, словно пребывающую в трауре – тотальном, безысходном, непреходящем. Усталый взгляд, опущенные уголки губ. Ощущение привычного равнодушия, изрядно, впрочем, в эту минуту поколебленного.

Софи и Лиза, мать и дочь, замерли у экранов, разглядывая друг друга с напряженным смущением. В воздухе пополам с туманом повисла долгая растерянная пауза.

— Здравствуй, мама… – наконец почти прошептала Лиза.

— Доченька моя… – грустно улыбнулась Софи. – Как ты выросла… Совсем уже взрослая…

«Ну да, так-то пятнадцать лет уже прошло», – хмыкнул про себя Митя. Хорошо, что Лиза так похожа на мать. А иначе та бы ее и не узнала. Доказывай, что ты не самозванка.

— Прости меня, – голос княгини дрогнул. – Я очень перед тобой виновата… Бросила тебя младенцем…

Опять повисла длинная неловкая пауза.

— Ну что вы, маменька, – наконец тихо ответила Лиза. – Я давно вас простила…

— Но я не могла тогда… – заволновалась княгиня. – Не могла иначе… Твой отец…

Тут княгиня повернулась к человеку, который, очевидно, стоял рядом, делая какие-то знаки, и сказала с мягким упреком:

— Ах, оставьте, Паоло, я в порядке! Моя дочь имеет право это знать! Более того – она должна это знать! – Княгиня промокнула уголки глаз платком, глубоко вдохнула и опять обратилась к камере: – Так вот, милая. Твой отец… он никогда меня не любил. Женился потому, что считал меня не обычной девушкой, а… каким-то мистическим существом.

— Что вы, матушка? Да как же можно? – почему-то неуверенно усомнилась Лиза.

— А дело в том, что наше имение стояло в глухом лесу, на берегу большого финского озера, – начала объяснять княгиня. – Озеро называлось Куоллут ярви – Мертвое озеро. Издавна ходили легенды, что в нем живут мистические существа – накки, которые могут принимать различный облик, в том числе человеческий.

Очень интересно! С этого места, пожалуйста, поподробнее! Митя чуть не воскликнул это вслух, но вовремя себя одернул.