Ангел со сковородкой - Галина Гончарова Страница 76

Конечно, чтобы попасть в нужное место, ему потребовался не год и не два, он стал в храме своим, примелькался, даже надоел немного… Родители не возражали. Сын при деле, сын при храме, может, и служителем потом станет, жрецом, дело почетное… отчего нет?

Райан тоже не возражал.

Видеть мерзкую девчонку не было никаких сил! И слышать, как с ней сюсюкаются, – тоже. Тем более что росла Юлька на редкость ласковой, обожала всех обнимать, целовать, лезла к самому Райану, а его это БЕСИЛО!!!

Когда искомый ритуал оказался в его руках, Райан сильно заколебался.

Требовалась жертва.

Да-да, жертва, которую он принесет своей рукой, в круге, и нет, курица или кошка не подойдут. Только человек.

В зачет идет человеческая душа.

Живая, в сознании, а уж как ты это будешь делать – твои проблемы.

К чести Райана – он сомневался, колебался и долго думал. Вот не было у него привычки убивать. И не так легко переступить через себя, такое сотворить… не курицу зарубить. Это – другое.

Осознанно, жестоко, хладнокровно убивать человека…

На это Райан пока не решался. Может, и не решился бы, или лет через десять-пятнадцать, но помог случай. Кому несчастный, кому счастливый.

Жрецу Клементе срочно понадобилось поехать в отдаленный поселок, и Райана он взял с собой. Случай такой, у местного богача отец умер, ну и как не оказать уважение, не проводить покойного? А труп везти по жаре не слишком приятное занятие, пока туда, пока обратно, вот Клементе и поехал сам. Богач – благодарный, полную горсть золота насыпал. Кому от этого плохо?

Разве что Райану, который целый день скакал, а ни монетки не получил.

Переночевали, с утра обратно поехали, и тут-то получилось…

Если кто видел змеиный клубок – знает и понимает. Не то что лошади – люди от такого взбесятся. Но взбесились лошади[10].

Понесли, помчались…

Райан еще как-то удержался. А вот Клементе выкинуло из коляски, да так «удачно» – треснулся он головой о здоровущее дерево, под ним его Райан и нашел.

И тут уж… кто бы на его месте удержался? Когда все так удачно складывается?

Может, и выжил бы жрец?

Может быть. Но обычно люди, у которых мозг в ране виден, не выживают. Наверное. Или как-то…

Оправдание себе Райан нашел моментально. А что? Вот что он такого плохого делает?

Клементе все равно не выживет… ну, наверное! Нет, точно! Райан его довезти никуда не сумеет, и помощь позвать тоже, так что… пусть помрет с пользой. Для Райана, конечно.

Тем более такой удобный случай, жертва какая хорошая, не абы что, целый жрец, сильный, откормленный, даже упитанный, в расцвете сил и лет, главное, чтобы дожил до ритуала.

И Райан принялся рисовать гексаграмму.

Вписал в каждый луч нужные символы, затащил Клементе в центр рисунка, все еще раз проверил… конечно, жрец дергался и чего-то булькал, но это явно предсмертная агония. Или судороги, неважно! Вообще неинтересно!

Райан сказал – не выживет, значит, не выживет!

Кажется, он открывал глаза, когда активировалась шестиконечная звезда, но было непоправимо поздно, и кинжал уже шел вниз, прямо в сердце…

Самое неприятное впечатление в жизни Райана – когда под его рукой дрогнула в последний раз, вместе с сердцем Клементе, рукоять клинка. Дрогнула, и все началось.

Его словно ветром отнесло от гексаграммы, та заполнилась почему-то синим дымом, а потом в ней оказалось – ОНО. Райан так и не понял, он, она… что это вообще за существо, синий дым с алыми кругами глаз и зубастой пастью, но вызвал ведь!