Клятвы и руины - Хелен Шойерер Страница 79

— Я могла поранить тебя… – пролепетала она. – Как говорила Одра. Магия вышла из-под контроля. Я одолела тебя. Приставила кинжал к твоему…

— Ты меня не ранила.

Она многозначительно посмотрела на царапину, что оставила ножом на его шее.

— Разве?

Уязвимость в ее взгляде причиняла ему невероятную боль, он не мог смириться с тем, что Тея страдает именно из-за него. Он сделал единственное, что пришло ему в голову. Подмигнул ей и рассмеялся, касаясь рукой небольшого пореза.

— Ты об этом? Это так, предварительная ласка.

Тея непонимающе уставилась на него.

— Ты больной.

Он лениво улыбнулся.

— И не говори.

Тея негодующе покачала головой, но Уайлдер мог поклясться: взгляд ее посветлел, а на уголках губ заиграла легкая улыбка. На душе у него стало легче от осознания, что он способен прогнать ее внутренних монстров. Он мог заставить ее улыбнуться. Однако затем мысли его ушли не в то направление. Боги, ее губы… Он хотел, чтобы эти губы делали с ним немыслимые вещи.

«Мы друзья», – напомнил он себе.

— Дорога – куда более подходящее место для подготовки Боевого Меча, чем крепость, – вдруг заговорил он.

Тея молчала, но он видел, какое любопытство пробудили в ней его слова.

— Бо́льшую часть обучения я провел в странствиях с Талемиром, – произнес он, зная, что ее интерес к его наставнику почти не имеет границ. – Он научил меня всему, что я знаю. Ну почти всему.

Он вдруг осознал, что много говорит. С чего бы это?

Ее взгляд скользнул к нему.

— А ты научишь меня всему, что знаешь? – В глазах ее мелькнул азарт.

Он перевел дыхание. «Вот ты и попалась, принцесса».

— Да.

— Тогда, Боевой Меч, если мы хотим, чтобы я за два года освоила знания, которые ты получал всю свою жизнь, лучше начать прямо сейчас.

Слова ее ранили прямо в сердце – он мысленно проклял гребаный камень судьбы на ее шее и чертову провидицу, что дала его Тее.

Однако он не показал Тее своей боли и слабости.

— Надеюсь, ученица, ты выслушаешь меня хоть раз.

Утро наполнялось красками, и они продолжали путь без остановок. Уайлдер приступил к серии уроков, которые ему преподнесли Талемир и Малик в первые годы обучения. Он уже обучил Тею стрелять из лука, но, проезжая по полям, повторил основы, а затем перешел к тому, как охотиться и выслеживать дичь на разной местности с помощью другого оружия. Эти же правила применимы и к монстрам.

Пока они изучали все тонкости, ему приходилось одергивать себя, чтобы не улыбаться как дурак. Ведь помимо всего, что он так уважал в Тее – ее красоты, острого языка, решительности, – само общество ученицы приносило ему настоящее удовольствие. Она смешила его, наполняла желанием жить, а не просто вырезать сердца тенетворцев во тьме, в одиночестве. Даже молчание между ними умиротворяло, им хватало просто компании друг друга, они не всегда нуждались в словах.

Полуденное солнце начало припекать, и тогда они остановились, чтобы применить полученные знания на практике и позволить лошадям отдохнуть. Уайлдер, следя за тем, чтобы между ними не было долгих взглядов и лишних прикосновений, показал ей, как освежевать кабана, а также как растянуть шкуру, дубить и сушить ее для последующего использования. Но несмотря на грязную работу, они смеялись – Тея рассказала ему, сколько жареного кабана съел Кипп в «Веселом лисе».