Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений - Юлия Фирсанова Страница 83

Поев, Элия щелкнула по фляге и тарелке, приказав им очиститься, вытащила из мешка подозрительную на вид шкатулку и спросила:

— Вы не возражаете, если я пойду искупаться?

Эльфы, сами и не думавшие об омовении иначе как в крохотном ручейке поодаль, встревоженно переглянулись и нахмурились, вызывая у принцессы закономерное недоумение. Девушка никак не могла взять в толк, чем так насторожила Дивных ее скромная, совершенно невинная просьба. Гигиенические-то нормы у эльфов были относительно близки к человеческим, не говоря уж о том, что иногда приобретали просто патологическую окраску.

— Грязь скоро уже отваливаться начнет, а в волосах березки прорастут вместе с сосенками, – попробовала пошутить богиня, чувствуя себя несколько неловко. – Честное слово, я умею плавать и не утону, а сбегать мне от вас незачем. Или дело в том, что в здешних озерах вода редкостно ядовита? Или, может, водятся рыбы с большими зубами и еще более гигантским аппетитом?

— Нет, воды озерного ожерелья Эйфелин чисты и безопасны, – чуть помедлив, ответил старший следопыт, испытывая немалое облегчение от неосведомленности девушки, выданной ее словами.

Заметно успокоились и остальные.

Вновь взглянув на перстень и решив, что чужестранка действительно хочет только одного – вымыться, а отказ выполнить столь простую просьбу будет обыкновенной жестокостью и вдобавок вызовет ненужные подозрения, следопыт решился:

— Хорошо, можешь искупаться, но тебя будет сопровождать один из нас.

— Чтобы потереть мне спинку? – звонко рассмеялась принцесса, невольно выпустив наружу несколько искр своей силы.

Этого хватило, чтобы эльфы залюбовались девушкой, ощутимо расслабились и лукаво улыбнулись.

Старший спрятал улыбку в зеленых, как листва, глазах и невозмутимо сказал:

— В компетенцию сопровождающего это не входит.

— Какая жалость! Значит, ходить мне с грязной спиной. А если что прорастет, выкорчевывать буду уже дома, потом пришлю вам как сувенир, – отозвалась девушка под откровенные смешки следопытов и, поднимая шкатулку, уточнила: – Я могу идти?

— Подожди.

Следопыт провел перстнем около шкатулки. Камень остался зеленым.

— Там расческа и смена одежды. Открыть и выложить для досмотра? – утомленная подозрениями, отчиталась богиня, встав по стойке смирно с остекленевшими глазами и задранным вверх подбородком.

Следопыты снова заухмылялись одними уголками губ, но для эльфов это было равнозначно звонкому хохоту.

— Это лишнее.

Предводитель обернулся в поисках добровольца на роль охранника.

— Я пойду, – моментально вскакивая, заявил юный принц, не вполне отдавая себе отчет в собственных чувствах и словах, не понимая, что же, Тьма побери, он говорит и делает.

Женщина-лучница, думая, что подобная «честь» непременно выпадет ей по привилегии пола, озадаченно нахмурилась, но тут же, словно что-то сообразив, успокоилась.

Старший благосклонно кивнул, тоже по-своему расценив порыв юноши, и велел Элии:

— Иди, пока совсем не стемнело.

Девушка и ее сопровождающий направились к густым зарослям кустарника, преграждавшим путь к озеру, и отыскали в них маленькую, изрядно заросшую тропку. Элиндрэль пропустил девушку вперед, словно не желал поворачиваться к чужестранке спиной. С пригорка казалось, будто до озера рукой подать, но тропинка изгибалась так прихотливо, петляя среди деревьев с мастерством скрывающегося от охотников зайца, что богиня, никогда особенно хорошо не ориентировавшаяся в лесу, вскоре потеряла всякое представление о направлении. Оставалось только надеяться на то, что юного эльфа врожденный дар ориентации не подвел и даже впотьмах парень выбрал нужную дорогу.