В моем болоте утонула ведьма - Молли О'Нилл Страница 84

* * *

Я лежу на грязной дороге вблизи Ноттингема. Надо мной стоят солдаты. Ведьмы и гоблина нигде не видно.

— Какая-то нечисть, – говорит тот, что слева. – Надо ее убить, пока не пролезла в деревню.

— Жуткая мерзость, – корчит гримасу сержант. – Говорят, они раньше были людьми. Что это за жизнь такая? Милосерднее будет ее прикончить.

И он ударяет мечом. Я хватаю клинок руками, но меч рассекает ладони и вонзается в грудь. Плоть обжигает железом. Лезвие проходит сквозь ребра, через пустую грудную клетку. Я ухмыляюсь, выпуская изо рта кровавую пену.

— Глупец. У чудовищ нет сердца, – изрыгаю я и прыгаю на сержанта.

Я стою в комнате старого замка, где жарко пылает камин. За круглым столом сидит высокий мужчина с русыми волосами и золотой короной на голове. Он, улыбаясь, глядит на товарищей, пирующих вокруг него. Рядом сидит рыжеволосая женщина – она улыбается не столь весело, сколько почтительно. Я осматриваюсь: по стенам висят гобелены, богатые, яркие, с картинами битв и пиров.

В кресле у камина дремлет старик. Сквозняк слегка шевелит его длинную белую бороду. Я оборачиваюсь к столу: человек в короне встал и что-то говорит, указывая то на одного рыцаря, то на другого. Остальные их приветствуют, хлопают по спине и шутят. Голубоглазый юноша, поднеся к губам кубок, застенчиво улыбается и бросает взгляды на королеву.

Я делаю шаг вперед, заметив меч, что висит у короля на поясе. Кто-то ловит меня за руку, я оглядываюсь. Старик смотрит на меня, хмуря густые белые брови. Кажется, я его знаю. Где-то встречала раньше.

— Тебя тут быть не должно, – говорит старик и отталкивает меня.

* * *

Я сижу на краю озера. Идет дождь. Бракус, стоя передо мной, мнет в руках шапку. Его обычно аккуратные кудряшки липнут ко лбу, по лицу текут дождевые капли.

— Прости меня, Дженни, – говорит с грустью Бракус. – Плохие новости.

— Нет!.. – кричу я.

* * *

Рыцарь бросает в воздух сверкающий меч. В темных водах озера мелькает щука. Турх Труйт, нацелив бивни, кидается в атаку. Темные глазки смотрят доверчиво, когда я погружаю малышку под воду. Белый дракон ревет и обдает красного огнем из пасти. Темперанс ежится оттого, что я ей улыбаюсь. Юнец с голубыми глазами целует рыжую королеву, приподняв ей лицо. Гвин, сын Недда, смеется надо мной, тряся тяжелыми рогами.

Я цепляюсь за стену дома, а Ольховый король глядит мне в глаза. Гнилостный запах мертвого леса, тусклый блеск оленьих костей. В углу скорчилась женщина, пряча обожженную руку. За ней – еще тени, мужчины и женщины, молодые и старые. Безглазый младенец схватился за юбку матери, у которой нет головы. А за ними – тьма, пустота, зияние черной бездны.

Лицо пастора кривится, и Ольховый король улыбается мне.

— Дженни, – шепчет он. – Ты ко мне пришла, Дженни?

Я открываю рот и кричу. Слева вдруг возникает ведьма, справа – Бракус. Они тоже кричат, а Ольховый король хохочет.

Он делает шаг и берет ведьму за руку, сжимает ее ладонь, не сводя с меня глаз. Острые ногти пронзают кожу, и Темперанс снова вскрикивает. Словно для поцелуя, Ольховый король подносит ее руку к губам, смеется, глядит на меня.

Я хватаю Бракуса и, оттолкнувшись от стены, падаю спиной вперед.

* * *

В падении я очнулась. Узкий туннель исчез, сердце пропустило удар, и я упала на твердый камень. Огляделась, потирая ушибленный локоть. Вокруг была обширная пещера с круглым потолком, и все стены гроздьями покрывал гематит[49]. Он лез из горной породы блестящими пузырями и обжигал голую кожу. В центре пещеры лежали две фигуры, и я поспешила туда.