Влад - Дея Нира Страница 86

А избранник ждет ее там и сумеет защитить.

Она заметила темную фигуру у старой яблони, что склонила ветви до самой земли. Пьянящий аромат созревающих яблок, красных, как сама кровь, ударил в ноздри. Как и дурманящий запах скошенной травы, на которой приятно лежать.

Ожидавший у яблони мужчина так жадно приник к приоткрытым девичьим губам, что она поняла с восторгом: его нетерпение было столь же велико, как и ее. Девушка не видела его лица, но охватившее ее возбуждение накрыло с головой. Сегодня от любимого даже не пахло медовой настойкой и табаком, который ему нравилось курить. Он и обнял ее как-то по-особому – крепко, требовательно, – но девушка была рада этим пылким объятиям, несмотря на то что пальцы его сегодня были как никогда холодны.

Чуть вдали за оградой резко хрустнули ветки. Кто-то быстро вскарабкался на ограду, отчего она затряслась. Девушка вздрогнула и повернулась, уставившись во тьму.

— Там кто-то есть! – со страхом произнесла она шепотом.

Но тут заметила юркнувшего мимо белого кота, который с яростным шипением вдруг отпрянул и бросился прочь. Она удивилась: прежде такой спокойный, кот испугался неизвестно чего, – но мужские руки уже увлекли ее под сень густых яблоневых ветвей.

— Тебя никто не видел? – еле слышно прошептал он и, когда девушка молча помотала головой, не в силах произнести хоть одно внятное слово от возбуждения, остался этим доволен.

Ей показалось, что, если бы сейчас весь мир заполонили восставшие стригои, она бы продолжала дарить поцелуи своему возлюбленному. Умереть в его руках – что за волнительное безумие! Девушка сразу же забыла об осторожности, о том, что в темноте мог кто-то притаиться. Ей хотелось лишь страстной ласки, от которой она совершенно теряла голову и будто устремлялась в самую бездну.

Каким же головокружительным было это падение…

— Т-с-с, – тихо-тихо шептал он, прикусывая ее кожу. – Нам ведь не нужно, чтобы кто-то услышал нас.

Она, разгоряченная смелыми прикосновениями, лишь прижалась к любимому еще сильнее, выгибаясь навстречу:

— Все спят давно. Никто не знает.

Он порывисто притянул девушку к себе, увлекая на пахнувшую свежей зеленью землю, поросшую мягкой травой. Оба изнемогали от желания. И вот уже ничего не было видно: тьма скрывала любовников, как они того и хотели.

В ночной тиши зашуршали юбки, послышались сдавленные вздохи, приглушенные поцелуи, учащенное дыхание. Нервный, испуганный вскрик – один, второй. Громче… Еще громче… Снова непродолжительная тишина и долгий жалобный стон, внезапно оборвавшийся. Девушка что-то тихо спрашивала, быстро и прерывисто вздыхая, но замолкла на полуслове, когда губы возлюбленного накрыли ее рот.

Яблоня легонько вздрогнула, когда о ее ствол что-то ударилось. Раздался протяжный стон, затем еще и еще. Ритм глухих ударов нарастал, несся толчками. Стоны, сперва чуть слышные, становились все громче и отчетливее. Ладонью любовник резко зажал девушке рот, заглушая крики.

Всхлипывания внезапно оборвались, превратившись в полузадушенный возглас – не то удивленный, не то испуганный. Возник краткий шум борьбы. Яблоня закачалась, ветки заходили ходуном, точно налетел порыв бешеного ветра. Удар… Отчаянный вопль, который сразу был подавлен…

Наступила внезапная тишина.

Теперь в легком шорохе листьев послышалось приглушенное рычание, сменившееся странным, неразборчивым звуком. Словно кто-то тихо прихлебывал с наслаждением, таясь в темноте, делая жадные глотки.