Убей любимых - Л. Э. Харпер Страница 88

Я стискиваю онемевшую челюсть, не давая себе разразиться тысячей вопросов и возражений, подкативших к горлу.

— Цендрион, можешь повернуть обратно? Вален попытается кое-что сделать.

Дракон ловко изгибает тело, разворачиваясь почти на месте. Демон позади него – чернильный буревестник – к такому маневру оказывается не готов. Даже без магии Цендрион – грозная сила, с которой стоит считаться. Он дракон, высший хищник, доведенный до совершенства миллионами лет эволюции. Он бросается на чудовище, рассекая когтями его шею в смертоносном ударе.

Разумеется, это вынуждает Цендриона отпустить меня.

Я несусь к воде, и мне наперерез летит чернокрылый гиппогриф. Вцепляется когтями мне в ноги. Подо мной море, но я все равно бешено извиваюсь, пытаясь освободиться.

Гиппогриф разевает клюв, и, к своему ужасу, я слышу голос Залора.

— Тебе от меня не скрыться, – шипит он, говоря через своего одержимого слугу. – Тебе от меня не сбежать. Я знаю, кто ты, и знаю, что ты недостаточно сильна.

Хотя мой разум взвинчен паникой, умирающую душу пронзает укол горького сожаления. Он прав. Сколько бы я ни увидела и ни сделала, я все та же никчемная землянка. Без магии, без выдающихся боевых умений.

Зато с могучим оружием.

Возможно, это ошибка, но я ведь королева ошибок. Разумные мысли отброшены в сторону перед лицом надвигающейся гибели. Я хватаюсь за кинжал единорога и выдергиваю его из петли на поясе. Изгибаюсь и вонзаю клинок в птичью ногу гиппогрифа.

Тенечудище в тот же миг взрывается облаком кромешно-черной пыли. Я испуганно охаю и кашляю, набрав полные легкие пепла. Этого я не ожидала. Если кинжал делает такое с тенечудищами, то у Монолита Темномагии нет шансов.

Цендрион мчится ко мне. Бьет крыльями, ныряет под меня, и я приземляюсь ему на спину.

Мы выравниваемся и снова тяжело летим вверх. Хотя я и торжествую после стычки с чудовищем, меня неудержимо трясет от беспощадного холода. В глазах постепенно темнеет.

Нет. Сейчас нельзя сдаваться. Между Цендрионом и Рексой остаются три тенечудища. Еще четверо окружают ее, и у некоторых на спинах ездоки.

Я могу помочь. Я должна помочь. Должна что-то сделать, потому что тонуть в болоте неудач, барахтаться в трясине никчемности – не та судьба, на которую я могу согласиться.

Я отказываюсь быть той, кто убьет моих любимых.

Вот только они (намного более склонные к героизму, чем я когда-либо стану) не дают мне ничего предпринять. Перед Цендрионом распускается огненный взрыв. Ашер сразил тенечудище, и дракон прорывается через взвесь черной демонической крови. Капли впиваются мне в щеки и язык, воняют отбросами, жгут кислотой. Кашляя и отплевываясь, я смотрю вверх и вижу то, от чего у меня замирает сердце.

Вален спрыгнул со спины Рексы. Он стремительно несется к воде, привлекая внимание оставшихся тенечудищ. Выдергивает из ножен блестящий серебром клинок и атакует третьего демона из тех, что преследовали Цендриона. Удар приходится в цель. Чудовище безвольно валится вниз.

Еще одним взрывом Ашер сражает другого врага. Они стали легкой добычей, растянувшись друг за другом в отвесном полете к Изменчивому морю в погоне за Валеном. Цендрион уже ныряет вниз, готовый его поймать.

Внезапно Вален перестает падать прямо. Глаза у него расширяются, когда его сносит в сторону, прочь от меня и Цендриона.