Лимбус. Том 2 - Эон Линь Страница 88

— Мы выбрались из иллюзий, а объяснения не столь важны. Всё в порядке, они не изменят моего мнения.

— Нет, я думаю, это важно. Несправедливо по отношению к тебе, если все останется под завесой тишины. Я не путаю вас и помню каждую жертву, принесенную королями Экнориана: имя, голос, взгляд, всплески энергии душ. Помню ужас и отвращение на их лицах, когда они понимали, как будут использованы Верховным Жнецом. И вспыхнувшая надежда в ответ на мое обещание найти выход. А также их ненависть, надвигающаяся неистовой грозой, когда ответ так и не был найден.

За речью Шеола последовало тяжелое молчание, будто мы оба пытались примириться с услышанным.

— Вы разные, Нейн. Но ты прав в одном: твоей душе не место в моем мече. И эту ошибку я должен исправить, пока не стало слишком поздно.

На водной глади от моих бултыханий появился пузырь и тут же лопнул, как бы намекая, что лучшего момента задать вопрос не представится.

— Ты правда пьешь кровь высокоранговых демонов, чтобы восполнить силу?

Молчание послужило лучшим ответом. Шеол, пропитанный горьким ядом вины, хотел следовать своему пути искупления. Но теперь ему придется мириться с тем, что у его меча свое мнение и он не обязан всегда слушать хозяина. Особенно если душа Шигэтайяна – это упрямый принц, не желающий принимать правду.

Я повернулся к Шеолу, наконец встречая взгляд золотых глаз, которые когда-то блестели подобно солнечному лучу, играющему на поверхности медовых капель.

— Позволишь?

Моя рука сжимала наглазную повязку. После нескольких секунд сомнений он кивнул и наклонился ко мне. Я осторожно пропустил ленты сквозь влажные пряди и завязал их, спрятав узел под волосами. Шеол резко выпрямился и отвернулся, «рассматривая» воду.

— Нужно покинуть это место. Шэцзин[101] быстро восстанавливаются.

Я громко кашлянул, вновь привлекая его внимание. Шеол обреченно вздохнул, предчувствуя, что не сможет избежать моего любопытства.

— Змеиные оборотни – часть огромного организма Лунного города. Если сравнивать с телом человека, то они его желудок. Шэцзин ловят сомневающихся путников и высасывают из них энергию, пока их жертва увлечена грезами. Поглотив энергию, они очищают ее при помощи своего тела до нужной чистоты и передают городу. Их нельзя уничтожить, как и реку в Предрассветном городе. Но Шуй Сяолун спрятал Лунный город так, чтобы его было почти невозможно найти.

— Тогда как же он существует без жертв?

— Редкие подношения все же бывают. Но градоначальник позволяет городу питаться собой. Он древний тритон, и его ци подобна бурному источнику.

Оказалось, что самодовольный тритон не такой ужасный демон, каким его считал У Вэйшень. Насколько древним и сильным нужно быть, чтобы добровольно стать питанием для целого города? Погруженный в размышления, я не сразу заметил, как хвост плеснул по воде, поднимая брызги. Шеол ловко перехватил плавник и поднял его на уровень глаз. От неожиданности я вскрикнул и, соскользнув, с громким всплеском ушел под воду.

— Красиво, – с необъяснимым трепетом выдохнул он. – Неужели Шуй Сяолун поделился столь редким и ценным даром «дыханием тритона»?

Откашлявшись от воды, попавшей в рот, я с опасением посмотрел на Шеола. Завороженный переливами плавника, он осторожно раздвигал лучи и внимательно изучал перепонки между ними.