Ветер и Правда. Том 2 - Брендон Сандерсон Страница 89

— Пожалуй, ты права. И Культивация ведь призывала меня изучить прошлое. Это я сделал. Так что дальше…

— Мы проведем еще одну маленькую пробу, – сказала Навани. – Уточнение на основе того, что уже узнали. Как ты отправил меня исполнять именно эту роль в видении?

— Усилил линию, соединявшую тебя с Мелиши. Я предположил, что это сработает, поскольку вы оба узокователи башни.

— И тем самым проявил новый вид контроля над видением, – задумчиво проговорила она. – В основе науки лежит контроль. Способность повторить тот же опыт, получить тот же результат, затем использовать его в своих целях.

— То есть… ты хочешь сказать, что, если мы способны контролировать видения в малой степени, сможем и в большей?

— Да, – подтвердила Навани, вставая. – Воспроизводимость результата – один из основополагающих шагов к пониманию мира. Добившись повторения результата, можно приступать к поискам истины.

— Однако я не знаю, смогу ли повторить то, что сделал, – сказал Далинар. – У меня получилось, потому что вы оба узокователи и установить между вами Связь показалось правильным.

— Установи Связь между мной и кем-то другим. – Она указала на людей, идущих мимо с пожитками к Клятвенным вратам. – Вот с этой женщиной.

— Почему именно с ней?

— У нее двое детей, мальчик и девочка. Как и у меня. Она примерно моего возраста и, судя по осанке, полна чувства собственного достоинства, хотя идет одна, без мужа. Как было и со мной в годы после смерти Гавилара.

— Странно… – сказал Далинар.

Она взглянула на него.

— Изложив все это, ты создала минимальную Связь с этой женщиной, – пояснил он.

— Восприятие, – заметила она, припомнив исследования в области спренов. – Восприятие, Далинар, меняет инвеституру. Шут рассказывал об этом месте и о том, что оно является изменчивой сетью Связей.

— Он также говорил, что оно выходит за рамки понимания.

— Он сказал, что оно выходит за рамки нашего понимания, – уточнила Навани. – Но это верно для всех природных явлений в самом начале. Долг ученых – делать прежде непознаваемое настолько заурядным, что можно носить его на предплечье и не думать о нем.

Далинар взглянул на часовой фабриаль, кивнул и, закрыв глаза, сосредоточился.

В следующее мгновение Навани оказалась на месте той женщины. При ней был большой вьюк с семейным скарбом и двое детей. Сработало. Навани бросила взгляд через пустынное плато на Далинара и стоявшего рядом узокователя Мелиши. Последний приложил руку ко лбу, будто в замешательстве, а затем бросился к башне.

Великолепно! Навани успокоила двоих подростков, отправила их дальше с вещами – хоть она и знала, что они ненастоящие, ничего не могла с собой поделать – и направилась к Далинару. Он беседовал с Гэвом, проснувшимся у него на коленях.

— Все хорошо, деда, – говорил малыш. – Папа сказал мне, что все будет хорошо.

— Ты его слышал? – уточнил Далинар. – Голос Элокара?

Гэв сонно кивнул.

— А это возможно? – спросила Навани.

— Не знаю, – прошептал Далинар. – Мне кажется… будто иногда я слышу голос Эви. Может, мой разум просто это воображает. В любом случае ребенка это вроде успокоило.

Навани кивнула, взглядом провожая Мелиши.

— Итак, – произнес Далинар, – при определенных обстоятельствах мы можем выбирать, кем нас воспринимают в видениях. Звучит как нечто полезное. Но нам все еще нужно перескочить на несколько лет вперед в погоне за тайнами ветробегуна.