Тысячи осеней. Том 1 - Мэн Сиши Страница 89

— Этой ночью я собираюсь подняться на гору и поговорить с Юй Аем. Не желает ли глава Янь сопроводить меня? Или он предпочтет остаться у подножия?

— Отчего не дождешься совета Нефритовой террасы? – в свою очередь полюбопытствовал Янь Уши. – Предстанешь перед всеми, допросишь Юй Ая и так вернешь себе причитающееся по праву.

Шэнь Цяо покачал головой:

— В таком случае пострадает славное имя горы Сюаньду. Боюсь, у случившегося есть подоплека. Вот отчего я так стремлюсь встретиться с Юй Аем и расспросить его с глазу на глаз. Тогда мне станет ясно, что за этим стоит.

— Что ж… тогда ступай и расспрашивай, – безразлично откликнулся Янь Уши.

Речь шла о прославленной школе боевых искусств, куда никто бы не посмел сунуться в одиночку, однако Янь Уши говорил о вторжении в монастырь так небрежно, будто рассуждал не о том, как попасть в святая святых, а съесть ли еще миску риса. Притом он рассеянно водил пальцем по краю тарелки, и рассыпанный по ней жареный горошек мало-помалу укладывался в три ровных слоя с одинаковым числом горошин. Чтобы передвигать предметы на расстоянии, Янь Уши использовал свою внутреннюю ци и достиг в этом деле такого совершенства, что уже внушал ужас.

Выйдя из затвора, Демонический Владыка бросил вызов Кунье, который накануне поверг Шэнь Цяо, отчего в цзянху разошлись слухи, будто Янь Уши достиг невообразимого мастерства. Впрочем, лишь этот поединок стал широко известен, и мало кто на самом деле представлял, как силен Янь Уши. И что бы подумали люди, узнай они, что он укладывает горошек в ровные ряды ровно тем же умением, каким обычно отрывают противнику голову?

— Но сможешь ли ты сам подняться и справиться в одиночку? Боюсь, от твоих прежних сил осталась едва ли треть, – справедливо заметил Янь Уши.

— С другой стороны горы по краю пропасти вьется тропинка, – решился рассказать Шэнь Цяо. – Там всюду обрывы и кручи, однако никто ее не охраняет. Она лишь защищена магическими построениями. Чужаки о них не знают, и, если опрометчиво сунутся, несчастные тут же заплутают и перестанут понимать, где находятся. Многим из них суждено сгинуть, сорвавшись с тропы. Боевое искусство тут бесполезно, и ловкость их не убережет.

Его рассказ несколько заинтересовал Янь Уши, а ведь до этого он твердо решил, что на горе Сюаньду, кроме драгоценной цзюани, ничего стоящего не найдет.

— Что ж, тогда я схожу с тобой и взгляну лично, – проронил он.

* * *

На шумный городок Сюаньду опустилась ночь, принося с собой тишину и покой. Пока загорались звезды, гости и жители угомонились и отошли ко сну.

Когда повсюду воцарилось безмолвие, Шэнь Цяо стал подниматься на гору. Казалось, он ступает куда придется, без всякого разумения или смысла: то он петлял на узенькой тропе, то обходил по крутому склону удобные ступени, высеченные прямо в камне. Вот только Шэнь Цяо воспитывался на горе Сюаньду и прекрасно знал, что и каменные ступени, и деревья, и даже травы являются частью скрытых магических построений. Если на склон поднимется человек несведущий, он, вне всяких сомнений, угодит в расставленные ловушки. В таком случае, если несчастный не навлечет на себя беду, он задействует особые элементы, подающие сигналы тревоги, и тогда незваного гостя мигом обнаружат адепты.

Янь Уши тоже вздумал пойти за ним. Его по-прежнему ничуть не заботили ни предстоящая беседа с Юй Аем, ни внутренние распри школы Сюаньду, зато скрытые на подступах к монастырю ловушки и магические построения пробудили в нем настоящее любопытство. Он шел за проводником и внимательно следил за каждым его шагом, вместе с тем продумывая каждое свое движение. Это занятие пришлось Демоническому Владыке по вкусу, и он счел, что прекрасно проводит время.