Неукротимая попаданка. Ненавистная жена графа Туршинского - Оксана Лаврентьева Страница 9

— Он не хворый! — горячо убеждаю я её. — Он крепкий! Просто мал еще, а на твоем молочке, да на деревенском воздухе он мигом окрепнет!

Кормилица с недоумением посмотрела на Василия, потом на меня.

Видно было, что сердце у нее не каменное…

— Да на что он мне? Словно пташка небесная, дыханье еле теплится. Не жилец он.

— Жилец, еще какой жилец! — шепчу я чуть ли не плача. И, озираясь на недовольное лицо фельдшера, судорожно лезу себе за пазуху. — На! Возьми все! Это мое жалованье! Только возьми его! Он… он не простой подкидыш!

Я сунула ей в руку заветный узелок с деньгами. Та тут же его развязала, и ее глаза расширились.

Еще бы, сумма для деревенской бабы была немалая.

— Как не простой-то? — спросила она уже с любопытством, понизив голос.

Я наклонилась к самому ее уху, шепча так, чтобы не услышал Силантий Петрович:

— Барыня его одна пристроила, из самых знатных… нагуляла видать. Поэтому он благородных кровей, матушка! Кто его знает, может, отец-боярин опомнится, захочет сына найти… И тогда… тогда вся милость его на тебя падет! Золотом осыплет, в люди выведет! Ты же его сыночку жизнь спасешь!

Я сама уже почти поверила в эту сказку, настолько я была убедительна. И это сработало! Глаза кормилицы загорелись жадным, цепким огоньком. Она еще раз взглянула на Васеньку, но уже совсем по-другому… Помолчала, перебирая в узелке деньги. Наконец, вздохнула полной грудью и обернулась к фельдшеру.

— Что ж, беру этого. Судьба, видно, такая.

— Жалеть потом не станешь? — с недовольством спрашивает у неё фельдшер, не сводя с меня тяжелого взгляда.

— Я этого приглядела, — уверенно отвечает ему кормилица, пряча узелок себе за пазуху. — Видно, приглянулся. Собирайте уж его!

Она ловко, привычным движением, подхватила Васеньку на руки, и у меня сразу же отлегло от сердца…

В Мологе меня сразу же взяли в Александровский детский приют по просьбе тетки, которая работала там кухаркой. И не успела я как следует там освоиться, как всех взбудоражила новость о визите графа Туршинского.

Причем, это известие повергло всех в трепетный восторг. Наверное, одна только я не разделяла всеобщего ликования. Что было такого в этом графе, от одного имени которого у здешних девиц перехватывало дыхание?! И вот теперь этот самый Туршинский, мой новый могущественный работодатель, соблаговолил посетить наш приют.

Поэтому перед его приездом мы от зари до зари мыли, скребли и натирали все до блеска…

Глава 7

Тишина в опустевшем приюте была звенящей и непривычной. Сытые детки уже спали, и ничто не нарушало моего спокойствия. Лишь издалека доносилась праздничная музыка и гул толпы с ярмарки.

Я принципиально не пошла на это народное гуляние по случаю приезда графа Туршинского — местного благодетеля, попечителя, покровителя сирот и вдов, мецената, великого знатока искусств и прочая, и прочая, и прочая…

Я его даже не видела, но меня уже раздражало в нем абсолютно все! Ну, дворянин как дворянин, который с рождения привык, что мир вертелся вокруг него. Словно его титул — это волшебная пыль, которая ослепляла и лишала людей рассудка! Поэтому меня неслыханно возмущало то, как взрослые и, вроде бы, умные люди напрочь забывали о своем достоинстве, делая из графа Туршинского какого-то кумира.

Граф скажет какую-нибудь банальность — и все восхищенно ахнут, будто узрели глубину его мысли!