Эльфийский апокалипсис - Екатерина Насута Страница 9

До сих пор отцепиться не получается. Да и не слишком охота.

— Матушки опять же…

— А у него самого здоровья-то на все хватит? – поинтересовалась Инга тем ледяным тоном, который людей, с нею незнакомых, ввергал в ступор.

И удивлял.

Чего уж тут… Ведагор и сам когда-то имел возможность удивиться. Когда выяснилось, что она не только статуя ожившая, но и маг первого уровня.

— Вот и посмотрю. Просто… все немного сложнее.

— Младший?..

Инга Бера не то чтобы недолюбливала, скорее относилась к нему свысока, с той снисходительностью, с которой люди взрослые и занятые относятся к малым детям.

— В какой-то мере.

— Матушка твоя очень переживает.

— С чего?

— Как же… Кошкины фактически о помолвке объявили, а девиц всего две. И одну уже, можно сказать, забирают.

— Ты говоришь о них, как о котятах, которых надо в добрые руки пристроить…

— Скорее твоего братца надо в добрые руки пристроить. А по опыту скажу, что котят обычно куда больше, чем рук, готовых их взять. В общем, если не хочешь, чтобы твоя матушка приехала устраивать сердечные дела…

— У нее же жила!

— Поверь, Вед, – засмеялась Инга, – жил тоже куда больше, чем подходящих невест. Вот и переживает очень… Сегодня тот снимок по всем новостным прошел. А еще эльфы в официальном блоге владычицы пост выкатили поздравительный, а потом вроде бы от нашего посольства ноту выдвинули.

— Протеста?

— Скорее уж предупреждения… Ссылаются на какой-то замшелый пункт древнего параграфа, согласно которому девица теперь причисляется к дому жениха…

— И?..

— И по странному совпадению дом этот – владычицы. Вот ты знал, что приятель твоего братца – внук Пресветлой владычицы?

— Охренеть… – совершенно искренне сказал Ведагор, понимая, что действительно весьма к тому близок. – А с виду и не скажешь.

— Вот-вот, такой же раздолбай, как твой братец. В общем, матушка прогнозирует толпы желающих породниться…

— С владычицей?

— Ага.

— А мы тут…

— Смотри сам. У Ивана в родственниках кто? Бабушка его, которая за князя Чесменова вышла. И дядя, холостой, заметь… Думаю, очень скоро он об этом пожалеет. Матушка Ивана где?

— Понятия не имею.

— Не один ты, – согласилась Инга.

Вед представил, как она вытягивает ноги, а может, забрасывает их на пуфик и пальцами шевелит.

Тапочки она не жаловала. Носки тоже.

— И кто остается, кроме Кошкина, который, как любой застарелый холостяк, будет отбиваться до последнего?

— Твою ж…

— Вот! Понял… Остается сама девица и ее родня. Тем более ближе. Если одна сестра теперь эльфийская принцесса, то и вторая по логике – тоже где-то рядом. Так что скоро вас там ждет нашествие женихов.

Ведагор почесал переносицу.

— Скажи маме, что я все улажу. В конце концов, мы первые тут объявились.

— Именно, – согласилась Инга. – Объявились первые, а преимущество не используете. Хотя… девочка пока не знает, что от Волотова так просто не отделаться. Да и время есть. Геометку ты же не поставил, вот и… Волотов…

— А?

— Почему иногда мне тебя убить хочется, а иногда страшно за тебя до одурения?

— Это любовь?

— Любовь… наверное. Или психиатрия.

— А есть разница?

— Наука пока не пришла к единому мнению. Ты… Я вас тут прикрою. И перед матушкой твоей тоже. Есть чем отвлечь.

— Чем? – Ведагор чуть напрягся.

— А вот приедешь – узнаешь. Давай. И не смей пропадать!