Чародеи. Антрацитовый час - Делла Фокс Страница 9

— Ладно. Допустим, на малую толику я поверила, – наконец сдалась я. – Теперь вам придётся рассказать, что мне с этим делать.

И Альфина стала рассказывать. Волшебный мир имел массу особенностей, которые удалось запомнить не сразу, однако кое-что уже в первый день отложилось в голове.

Во-первых, моя покойная тётушка была… чародейкой, или ведьмой. Половина странных вещиц, которые должны были отправиться на городскую свалку, были магического толка. Сломанные украшения с огромными камнями, источающие слабый приятный аромат, банки из особого толстого цветного стекла, шкурки насекомых, карты с диковинными рисунками. Альфина с ужасом выпучила глаза, узнав, что я собиралась со всем этим сделать. Я же была в полной растерянности, хотя и сохраняла внешнее спокойствие. На эту груду мусора мне было наплевать.

Во-вторых, у колдовства было семь свойств, с учётом которых жили волшебники и прочий магический народ. К слову, когда я стала использовать последнее выражение, Альфина осадила меня, сказав, что это скорее жаргон и в разговорах с чародеями и представителями других мистических видов применять его нельзя. Следовало выражать мысли вежливее, например, «магический или волшебный индивидуум». Помимо свойств, существовали Волшебный Завет, Объединённый кодекс и Конституция Сорроса – так чародеи звали мир, в котором были просвещёнными, и всю магию, окутывающую людей, словно плотный невидимый туман.

В какой-то момент Альфина взяла мою руку и приблизила её к свету – и я увидела своё идеально круглое родимое пятно, которое заметно потемнело. Вокруг него появился ещё один небольшой круг посветлее. Гномиха хлопнула в ладоши.

— О, это прекрасно, просто прекрасно!

— Но что это значит?

— Видишь кружок? Это обычный мир. Дужка вокруг него – это Соррос, двадцать пятые часы в сутках. Проявление его означает, что твои силы, наконец, пробудились. В ближайшее время тебе нужно записаться к мастеру, чтобы он доделал видящее тату и ты смогла определить свой чародейский уровень.

— Существуют ещё и уровни?

— Конечно. Их три, в зависимости от мощности.

— То есть я пока не могу узнать, какой у меня уровень?

— Сейчас нет. Когда мастер завершит рисовать око, у тебя проявится линия или несколько линий, и ты обязательно узнаешь.

— А как это будет выглядеть?

Альфина засунула руку в карман и пошарила там. Раздался громкий лязгающий звук, словно о церковный колокол ударили молотком – и рука гномихи ушла в карман до локтя. Соседка извлекла блокнот с перьевой ручкой и, открыв его на середине, стала что-то рисовать.

— Вот это – мир, – гномиха ткнула пухлым пальцем в заштрихованный круг. – А вот это – двадцать пятый час, или наш мир, Соррос.

Палец скользнул по ободку вокруг чёрного кружочка. Затем она дорисовала глаз.

— Вот это – видение и защита. Так тебе откроются все магические инстанции.

— А люди смогут меня видеть?

— Когда как. Они не видят лишь магические детали. Но мы отвлеклись…

Альфина нарисовала чёрточку над глазом.

— Если у тебя первый уровень, то чёрточка будет здесь. А если у тебя окажется второй или третий уровень, то по бокам добавятся такие же линии.

— Похоже на ресницы!

Альфина сощурилась.

— Ага, что-то есть…

— А чем уровни отличаются друг от друга?

— Они отличаются степенью силы. Больший уровень силы помогает реализовать более утончённое и мощное волшебство. Раньше, сотни лет назад, это было важно – тогда виды и даже чародеи сражались между собой не на жизнь, а на смерть. В последнюю Великую гражданскую войну большинство сражающихся видов уничтожили не столько битвы, сколько массовое оружие, которое применили лесные ведьмы. По крайней мере, так говорят. Победившие группы смешались и стали заниматься строительством демократии в Сорросе. Теперь уровень не так важен. Так что не расстраивайся, если у тебя будет единичка. Так как ты многого не знаешь, возможно, это будет даже лучше для тебя.