Добродетель злодейки. Том 2 - Bae Hee Jin Страница 96

— Госпожа Шехера, вы действительно… меня любите?

«Я хотел услышать от нее еще раз, что я ей нравлюсь…»

В его голове уже начисто стерся образ Джинджер и Изаны, который он видел пару минут назад.

Шехера ответила без колебаний:

— Да, нравитесь. Настолько, что я хочу… чтобы вы стали моим настоящим женихом.

Чувство, которое зародилось в ее сердце, когда она впервые увидела его в пустыне, стало сильнее. Возможно, то, что она нашла его в зыбучих песках, было судьбой!

«Судьба!»

Шехера вздрогнула. Слово казалось ей священным.

«Я считаю Хамеля своей судьбой, а что он думает обо мне?»

Она призналась импульсивно, поддавшись чувствам, но теперь вдруг занервничала. Что он ей скажет? Раз у него есть женщина, которую он любил в королевстве, не отвергнет ли он Шехеру сразу же раз и навсегда? Но ответ Хамеля вовсе не являлся отказом, который приготовилась услышать Шехера.

Его ответом были слезы. Пепельные глаза, похожие на серые тучи, вновь заблестели, а затем в их уголках начали собираться слезинки. Наконец одна горячая слеза покатилась по его щеке. Но маг даже не осознавал, что плачет, и не думал ее вытирать.

— П-плачете? – удивленно спросила Шехера.

Хамель все же вытер глаза рукавом.

— Не верится, что кто-то меня любит.

«Я по-настоящему почувствовал, что проклятие снято. Боже мой, теперь и я могу получить чью-то любовь. Я в шоке. Кто бы сомневался, плакса Хамель. Теперь он ревет даже за пределами королевства!»

Хамель всхлипнул.

— Спасибо, госпожа Шехера. Спасибо за то, что полюбили меня.

Реакция Хамеля, который был тронут ее признанием, стала неожиданной, но приятной. Он искренен, значит, у нее есть шанс? Шехера задумалась: Хамель, уронивший слезинку, показался ей весьма чувственным. В нем была некая нарциссическая чувственность. Принцесса терпеть не могла плачущих мужчин, но плачущий Хамель был до ужаса притягательным.

— Хамель… Если вы так благодарны… может, поженимся?

Хамель перестал вытирать глаза и посмотрел на Шехеру с недоумением. Ее отец – султан империи. А у Шехеры все сводится к свадьбе… Однако отец и дочь в чем-то очень похожи.

— Не ответите?

Хамель смущенно улыбнулся. Он был невероятно растроган признанием принцессы, но брак – это слишком внезапно. Пробыв в империи Искандар совсем недолго, он уже хотел вернуться в родное королевство. Хамель лучше всех на свете знал, что такое любить безответно, поэтому решил, что лучше исчезнуть, пока чувства Шехеры не стали глубже. Но почему-то при мысли о доме ему сделалось грустно.

«Что мое сердце думает о Шехере?»

Даже он не мог точно определить свое состояние.

Хамель еле-еле успокоил Шехеру. Он сказал, что даст ей ответ, но чуть позже, а затем проводил до двери. Как только дверь за ней закрылась, Хамель начал собирать свои немногочисленные вещи. Рюкзак затерялся в зыбучих песках, и все, что он мог взять, это подарки для Изаны и Джинджер, купленные на рынке, и… имбирь Шехеры.

Хамель понимал, что без магии здесь не обойтись, ведь имбиря было очень много! С довольной улыбкой он нежно провел рукой по краю корзины. Вскоре на кончиках его пальцев возникла слабое сияние, и корзина исчезла. Он отправил ее в свой дом.

Хамель пообещал Джинджер и Изане в следующий раз приготовить вкусный чай… Но, похоже, некоторое время придется снова обходиться чаем из имбиря.