Кровь на песке - Брэдли Бэлью Страница 97

— Не волнуйся, у меня нет привычки пожирать юношей.

— В мыслях не было, господин Хамзакиир.

— Прекрасно. Значит, ты беспокоишься из-за нее, – он указал на женщину. – Подойди ближе, тут нечего бояться.

Эмре послушался, решив не обращать внимания на его насмешливый тон, и взглянул на женщину. Ей было лет двадцать, не больше, чем Чеде. От одной мысли об этом Эмре мороз пробрал по коже. Вокруг ее глаз запеклась кровь, на щеках и на лбу виднелись нарисованные кровавые символы.

— Я давно не проводил этот ритуал, – сказал Хамзакиир. – Мне нужно было убедиться, что я все помню и готов повторить его вновь, когда придет время.

Он имел в виду день новой атаки на Королей. Теперь, когда на стороне Воинства был сын одного из них, многое изменилось. Эмре понимал, что Хамзакиир наверняка и сам не прочь стать правителем и, избавившись от одиннадцати оставшихся, сесть на трон в Закатном дворце. Масид и Исхак, конечно, тоже об этом знали. Но что толку об этом беспокоиться? Хамзакиир – окровавленный клинок, которым Воинство перережет глотки Королей.

— И как? Все помните? – спросил Эмре, не поднимая глаз. Он смотрел на женщину, которая не обращала на него внимания, глядя в потолок.

— Что ж, давай посмотрим. – Хамзакиир протянул руку. – Могу я взять твой нож?

У него был свой, лежал возле курильницы, но Эмре не стал настаивать и подал ему нож рукоятью вперед. Хамзакиир принял его и поднес к глазам женщины.

— Возьми его, – тихо сказал он. – И окончи свое существование.

Женщина задышала тяжелее, обернулась к Эмре. Их взгляды встретились. Он думал, что различит страх, сожаление или гнев, но увидел лишь холодную решимость и боль, неотделимые друг от друга. Словно это он отдал ей приказ.

Она направила нож себе в грудь… Боги всемогущие, да она вправду собиралась себя убить! Эмре вдруг ясно увидел Рафу на полу и ухмылку маласанского пса, нависшего над ним с ножом.

— Нет! – крикнул он и попытался схватить ее за запястья, но Хамзакиир удержал его. Он не выглядел сильным, но хватка его была железной.

— Не надо! – снова крикнул Эмре.

— Это необходимо. Мы должны убедиться, что «эрекова дудочка» работает как нужно.

От того, с каким интересом Хамзакиир наблюдал за ним, Эмре затошнило. Мгновение – и нож вошел в грудь женщины с тем же звуком, что вонзился тогда в Рафу. Кровавое пятно налилось между ее грудей. Она вытащила нож и вонзила его в себя – снова и снова. Решимость на ее лице сменилась непониманием… Но вот она обмякла, и свет в ее глазах потух. Как в глазах Рафы когда-то.

— Вы знали, что она это сделает, – сказал Эмре.

— Нет, – ответил Хамзакиир. Он отпустил его и выдернул нож из безжизненного тела. – Я не знал точно, но должен был убедиться.

Он встал и поманил Эмре за собой.

— Ради нашей цели многие вызвались пройти через этот ритуал, – он кивнул на женщину. – Но я отобрал двенадцать раз по двенадцать человек. Сто сорок четыре – столько же Стальных дев защищает Королей. Станешь ли ты одним из избранных?

— Если вы этого желаете.

Он не лгал. Ему не хотелось растрачивать жизнь просто так. Хотя и было противно от мысли, что этой женщине пришлось умереть, удовлетворяя любопытство Хамзакиира, но с тех пор, как он перерезал горло Вешди, чтобы напоить «легкое дыхание» – камень, вернувший Хамзакиира к жизни, – страх смерти ушел. Когда этот день настанет, он отправится в Далекие поля, обнимет брата и попросит прощения за то, что не сделал больше.