Рывок в будущее - Владимир Бабкин,Виталий Сергеев

© Владимир Марков-Бабкин, 2025

© Виталий Сергеев, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Пролог

Fac quod debes, fiat quod fiet![1]

МОСКОВСКАЯ ГУБЕРНИЯ. НОВО-ПРЕОБРАЖЕНСКОЕ. 10 февраля 1744 года

— Петер, долго еще?

Мою невесту немного утомила эта поездка. И эта, и вообще дорога. Как и меня, впрочем. С вечера снова повалил снег, и к нашему выезду дороги за городом еще не укатали ломовые телеги. Так что наша квадрига плелась уже то шагом, то рысцой. Местами наш полозок вяз в снегу. Надо было все же ехать на возке, а не на этой карете на полозьях. Но чего уж теперь?

Где мой 2027 год? Где-то там, за поворотом реки времени. Там бы мы добрались в Люберцы за двадцать минут на автомобиле, а тут трясемся в этих санях, хоть и в карете, бог знает сколько уже времени. Целая экспедиция в заснеженное Подмосковье. Ничего не попишешь – просвещенный XVIII век как-никак. Хорошо, что меня занесло не в век десятый или двенадцатый. Вот там была бы поездочка!

— Принцесса моя, потерпи. Ты уже преодолела путь через половину Европы по земле, плыла ко мне на фрегате через покрытую ледяным крошевом Балтику. Месяц как с Матушкой нашей из Петербурга в Москву ехали. Замучилась в дороге, – утешаю я свою невесту по-немецки. – Потерпи. Я люблю тебя. Вот остался последний рывок в Ново-Преображенское, и мы дома. Там отдохнешь. Ты просто устала. Сделаем баньку, накроем стол, чай, камин, веселый огонь. Все, как ты любишь.

Лина вздохнула мечтательно. Лишь с напускным возмущением заметила:

— Петер, что ты со мной сюсюкаешь, как с маленькой. И я больше не принцесса Каролина Луиза Гессен-Дармштадтская, хватит меня так называть, а то обижусь, ты получишь по носу и останешься без сладкого. Я – великая княжна Екатерина Алексеевна, пора бы запомнить. А то я тебя тоже начну именовать герцогом!

Прозвучало, как угроза, и я рассмеялся, притянув ее в объятья. Обнимать девицу в длиннополой соболиной шубе, конечно, приятно, но я обошелся бы и без шубы. Ничего, скоро приедем, там уже нашу часть дворца наверняка должны были протопить. И баньку. Но, в целом, она права. Я могу именоваться и герцогом Голштинским, этого титула, с принятием титула государя цесаревича – наследника Всероссийского, меня никто не лишал, а вот она – да, теперь не какая-то там очередная принцесса из Германии, коих там без счета. Она – великая княжна и официально объявленная невеста наследника престола Российской Империи. В России у нее больше нет другого титула.

У нас, кстати, вчера в Успенском соборе Кремля состоялась помолвка. Достаточно скромная, отнюдь не коронация Елизаветы Петровны. Вышли из собора под звон колоколов, прошлись по территории Кремля, кортежем расфуфыренных саней проехались по Москве, дали бал и все такое.

В общем, Лина теперь моя официальная невеста.

Приняла православие под именем Екатерины Алексеевны, но в «семейном кругу» она так и осталась Линой, и Матушка ее иначе тоже не называет. Это традиция такая – есть официальное имя, а есть домашнее.

Для своих.

Правильная традиция, как по мне.

Невеста. Я так долго добивался этого. Именно ее. Из всех принцесс. Решала Матушка, и Лина не была на первом месте в приоритетах императрицы, коей двигали исключительно державные интересы.

Но я добился того, чтобы конкурентки Лины слетали с дистанции одна за другой, как кегли в боулинге.