Три нити Поднебесной - Моргана Маро,Ирина Голунцова,Александра Альва

Александра Альва, Моргана Маро, Соня Середой

Три нити Поднебесной

© Александра Альва, текст «Нежность», 2026

© Моргана Маро, текст «Честь», 2026

© Соня Середой, текст «Обман», 2026

© Naoki dead (Серикова Алеся), иллюстрации, 2026

© маге крове, иллюстрации, 2026

© Jon-T, иллюстрации, 2026

© White Dragon, иллюстрации, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

В оформлении использованы материалы, предоставленные фотобанком Shutterstock/FOTODOM

Александра Альва

Нежность

Глава 1

Высокий тростниковый забор, огибающий мелкий пруд по краю, непременно притягивал взор, стоило кому-либо войти в сад, что примыкал к покоям Кири-но ё[1]. Плотно связанные сухие стебельки, ограждавшие это уединённое место от остального мира, со всех сторон оплетали листья вьюнка, среди которых с наступлением вечера раскрывались нежные белые цветы.

— Уже распустились… – прошептала принцесса и подобрала тяжёлый подол кимоно, чтобы подойти поближе к изгороди. – Как невыносимо долго тянется время! Прошлой осенью я видела югао[2] в последний раз, и, кажется, с тех пор минуло уже немало лун! Но лето всё же наступило, и теперь снова можно любоваться этой безмятежной красотой.

Она протянула руку и осторожно сорвала один бутон – кончики пальцев сразу намокли от росы, и её окутал свежий сладковатый аромат, напомнивший о только что прошедшем дожде.

— Югао, – повторила принцесса и убрала цветок в широкий рукав.

Она слышала это слово слишком часто, даже если сезон цветения ещё не наступил или давно миновал. Впервые принцесса приплыла на острова Вакоку, когда ей исполнилось всего пять лет. Тогда ей строго-настрого запретили вспоминать своё прежнее имя – Шэн Силань, наказав, что теперь она Югао – знатная дама из покоев Кири-но ё, которая всю жизнь должна скрываться в сумерках и исчезать с рассветом.

Ни один человек с отцовского корабля не остался с ней здесь, на этой незнакомой земле, где каждый изъяснялся на чужом языке, отчего вскоре она превратилась из юной принцессы Поднебесной в безликую тень, живущую в одиночестве за тростниковой изгородью.

Но прошло уже слишком много лет, и Югао крепко срослась со своим именем. Не так уж и плохо жить в отдалённых покоях, любоваться цветущими деревьями по весне, а прохладными вечерами составлять ароматные благовония вместе с наставницей. Жаль только, что она никогда не сможет надушить рукава, чтобы встретить в ночи прекрасного кавалера: Тэнсё-тэнно[3], император Вакоку, не позволял ей выходить наружу и общаться с придворными аристократами.

Югао окинула взглядом рассыпавшиеся по изгороди бутоны с белыми лепестками и тут же сочинила стихотворение:

Сумерки вокруг,

Лишь один цветок вьюнка

Голову поднял.

Мимолётна жизнь его,

Незаметна, как моя.

— Какие очаровательные, но печальные стихи, госпожа Югао! – воскликнула придворная дама Нанасэ, которая как раз вернулась из внутренних покоев и принесла с собой любимый инструмент принцессы – биву[4], покрытую светлым лаком и украшенную росписью в виде зелёных вьюнков. – Вы так искусны в поэзии, не зря наставница вас хвалила!

— В моих способностях нет смысла, раз я сижу здесь взаперти и даже не могу ответить ни на одно любовное послание. – Югао выдохнула, вспомнив, как однажды поймала свою компаньонку Нанасэ на том, что та тайком уносила стопку писем, предназначавшихся для принцессы. Многие юноши писали загадочной госпоже из покоев Кири-но ё, но никогда не получали от неё ответа. – Ладно, не будем портить такой приятный вечер. Сегодня удивительно яркая луна, я хочу поиграть на биве.